Один в поле воин если знает что он один

И один в поле воин, если он по-русски скроен (за какие нарушения садовод может исключить СНТ из ЕГРЮЛ)

В некоторых СНТ творится такой бардак, что для его ликвидации вовсе не нужно собирать общее собрание и принимать соответствующее решение. Достаточно «сыграть» на нарушениях, которые допускаются председателями. Ведь многим руководителям товариществ кажется, что чтобы они не делали, все останется безнаказанным. А это вовсе не так.

Для того, чтобы налоговая инспекция убрала запись из своего реестра о том, что СНТ вообще существует, достаточно совершить в отношении председателей-беспредельщиков некоторые подготовительные ходы.

Мне на почту приходят письма, в которых садоводы жалуются, что они пишут одно за другим письма на юридический адрес СНТ, но все они либо остаются без ответа, либо, что еще чаще- вовсе возвращаются отправителю.

Достаточно несколько раз за год получить такие «возвраты» и это уже может стать полновесной причиной для «похода» в налоговую инспекцию с заявлением о том, что в ЕГРЮЛ внесены недостоверные сведения о садоводческом товариществе. В данном случае- об адресе, так как письма руководителем не получаются.

Что сделает налоговая?

Просто направит письмо в адрес СНТ и если и оно вернется обратно, то все- будьте нате!- в «личное дело» СНТ будет внесена соответствующая запись. Если в течении полугода ничего не изменится, то статьей 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ, предусмотрена возможность исключения юрлица СНТ из реестра действующих юридических лиц. А исключают сейчас из реестра очень много СНТ. И правильно делают, не желают работать так, как положено- расходитесь, товарищи, каждый по своим участкам!

Второй способ годится тем садоводам, в чьих СНТ председатели уклоняются от открытия расчетного банковского счета. Или счет открыт, но никаких движений денежных средств по нему не происходит.

Именно для таких случаев были внесены еще в 2020 году поправки в налоговое законодательство, которые дают право исключить из реестра СНТ, если оно не сдает вовремя отчетность ИЛИ не показывает движение денежных средств по своему счету.

То есть- прошли те времена, когда можно было кидаться в налоговиков балансами-«нулёвками». Теперь за такие вольности СНТ могут легко ликвидировать. Достаточно об этом дать знать в ИФНС.

Какие будут последствия для СНТ, если его исключат из реестра?

Да самые плачевные, на самом деле. Судебная практика показывает, что налоговики крайне неохотно отменяют свои решения об исключении из ЕГРЮЛ.

Для отмены решения об исключении из реестра в судебном порядке придется предоставить бесспорные доказательства уважительности причин нарушений налогового законодательства и показать реальную «работу» товарищества. Что будет сделать крайне затруднительно по причине полного бардака с документами в абсолютном большинстве товариществ.

Кроме этого, после исключения из ЕГРЮЛ председатель СНТ не сможет занимать руководящую должность ни в каком юрлице в течении 3 лет . такой вот запрет налагается.

А что будет с имуществом исключенного из ЕГРЮЛ СНТ?

С того дня, как СНТ исключено из реестра, все имущество останется полностью в вакууме, то есть- станет бесхозным. Права на него возможно будет установить исключительно в судебном порядке.

И один в поле воин

Первое число, которое рождается из нуля-матки, – единица!

Единица – это личность!

На свете великое множество единиц. Да, мы все рождаемся личностями, но не все, к сожалению, ими становимся.

Когда Эйнштейна попросили назвать любое число до 10, он не задумываясь ответил: «Единица».

Те, чье число судьбы единица, должны знать, что они легко могут развиться в великих личностей и повлиять на окружающий мир. Им уже от рождения судьбой предоставлено больше возможностей прожить яркую жизнь с честью и достоинством.

Основа слова «единица» — «един»! Целостность!

Однако недостаточно просто родиться с числом судьбы единица, чтобы считать себя состоявшейся личностью. Такое зазнайство поставит блок развитию любой единицы уже на пути к двойке. Для того чтобы простой немощной, слабенькой единичке превратиться в единицу мощную, полноценную, ей предстоит пройти нелёгкий, но интересный путь познания до девятки и по пути, овладев энергиями всех остальных чисел, на новом витке космической спирали вновь соединиться с нулём-космосом, из которого она вылупилась! Стать десяткой! Из «ноль-один» превратиться в «один-ноль!». Выиграть свою жизнь. Попасть в десятку!

Это дано не всем. Хотя у тех, кто родился под знаком единицы, шансов более чем у остальных. Но и ответственности больше. В этом опасность. Зазнаешься, не захочешь пойти нелёгким путем познания, так и останешься беспомощной единичкой в толпе, сольёшься со стриженными под одну гребенку, будешь плясать с ними под одну дудку – никогда не станешь первой скрипкой, превратишься в наглядное пособие народного выражения «Первый блин комом».

Единица – это потенция! Число того, кто может стать гением! Особая энергия-аванс, данный небом-космосом при рождении в счёт будущего. Любой, кто родился с числом судьбы единица, должен знать, что главная опасность для него — не оправдать надежды Всевышнего. Не стать личностью!

«Единицы», не посвятившие себя людям, особенно несчастны и одиноки! Деление единицы на любое число даёт дробь. Дробится целостность. Единица теряет силу. В то время как деление любого числа на единицу даёт само число. Что, опять-таки, намекает нам на то, что единица – это наше собственное «я», которое лучше не делить, чтобы не стать дробью.

Настоящих «единиц» в мире, как правило, единицы: выдающиеся ученые, художники, писатели… Конечно же, поэты! Только те, которые пишут не по заказу, а от сердца. Политики, но не политиканы, под них косящие. Вожди, но не мелкие вояки с надутой орденами важностью. Наполеону не нужны были ордена. Он и без них оставался Наполеоном. Я бы сказал по-нашенски: Наполеон – он и в бане, и в Африке Наполеон!

Леонардо да Винчи не выпрашивал у Римского Папы звание заслуженного художника Италии.

Сергий Радонежский не заискивал перед великим князем, чтобы тот повысил его в чине, не выпрашивал у него таможенные льготы для церкви, чтобы покрыть сусальным золотом купол часовенки, которую построил своими руками.

Ставшие великими «единицы» не гоняются за наградами, не тащатся от почетных грамот, не требуют официального признания со стороны властей, званий народных, заслуженных. Они народные и заслуженные не по документам, а потому что их деяния ценит народ без указаний «партии и правительства».

Единицы-личности не унижаются перед сильными мира сего. Невозможно унижаться перед самим собой! Честь и достоинство для них превыше всего. Гордость, но не гордыня!

К сожалению, «единицы» – зачастую тираны, порой олигархи, иногда даже великие воры… Тех, кто ими стал, родившись под знаком единицы, мне особенно жаль. Суперспособности единиц они использовали себе на пользу – предали судьбу. Это преступление карается не по конституции, а самой природой. Концовки жизни предателей-единиц чаще всего ужасны: беды с болезнями будут преследовать не только их самих, но и весь род до седьмого колена! Если вообще этот род не оборвется.

Рожденные единицами могут заигрывать с бесами, но не служить им. Эйнштейн и Леонардо да Винчи, Пушкин и Ганди не превращаются в чубайсов, абрамовичей, березовских… Я не завидую потомкам последних – у них не хватит «бабла» откупиться от законов природы. От Всевышнего!

Зато великими единицами могут стать и садовники, и врачи, и учителя… Пирогов, Ломоносов, Мичурин… И ещё многие, чьих имён мы не знаем. Если рожденные единицами не предают данную им от рождения целостность, свою неделимость, то вырастают в тех, о ком была в древности сложена народная пословица: «И один в поле воин, если поле созрело!» Какая мудрость, да? Единицу рождает созревшее поле! На её рождении фокусируется энергия множества колосьев, из которых лишь один превращается в колос!

«Тот и господин, кто все может сделать один!» (рус. нар. посл.)

Когда воевать превратилось в любимое занятие людей, вместо того чтобы наслаждаться землей-матушкой, они стали её делить, не щадя друг друга, пословица переосмыслилась: «Один в поле не воин!» Верно! В драке единицы беспомощны. Им надо объединяться в стаи с вожаками, в политические партии с лидерами. Единица – это качество. Партии – количество. Поэтому партия не может быть качественной. Невозможно себе представить стадо личностей. Личности не объединяются в толпу, они толпу ведут за собой.

«Толпа пашет, а единицы в толпе руками машут!» (рус. нар. посл.)

Личности не могут быть рабами, не доедают за другими, не берут на чай, не становятся интернетовскими троллями. Один из наших великих поэтов в юности работал недолго официантом. Ушёл, потому что считал унизительным для себя брать чаевые. А когда говорил посетителям, чтобы не давали, не унижали его, те ему не верили, считали: вымогает ещё! Поэт и чаевые несовместимы, как личность и рабство.

У «единицы»-личности всегда прямая спина!

Есть свахи, а есть крестные матери. Единица – крестная мать всех чисел, но не их сваха.

Как быть, если ты не политик, о котором пишут и трындят масс-медиа, не олигарх, перед которым все унижаются, не известный писатель? Как понять, стал личностью или нет? Вроде посчитал: число судьбы – единица! А всего лишь садовник. Не надо расстраиваться! Садовники тоже могут влиять на судьбы мира. К примеру, вырастил замечательные цветы, кто-то их купил, подарил своей любимой, любимая от этих цветов сама расцвела, вышла за него замуж, он успокоился и забыл о мечте завоевать соседнее королевство. Кто предотвратил войну? Садовник!

Очень точный признак состоявшейся личности – самодостаточность! Личностям хорошо в одиночестве. Они его не боятся. Одиночество приносит им радость. Они не любят тусовок, потому что не переносят бессмысленных разговоров. Личностям приятней разговаривать самим с собой, потому что им нравятся умные разговоры.

Невозможно представить себе Леонардо да Винчи на тусовке у Папы Римского! Гении не строят коттеджи с крутыми наворотами, не носят перстней и золотых якорных цепей на шее, не самоутверждаются богатством.

Истинные великие светлые личности не ждут любви окружающих. Они сами их любят, и этого им «самодостаточно».

Разве можно представить себе Менделеева в «ювелирке»? А Лобачевского на дискотеке? Пушкина с татуировкой? Моцарта в пирсинге? А великого Ганди, который готовит теракт?

Личности не бывают стриженными под одну гребенку. Их невозможно поставить один к одному!

Если тебе хорошо в одиночестве, значит, ты стал настоящей личностью. Если при этом твоё число судьбы единица, ты оправдал надежды Творца. И скоро попадёшь в десятку!

Тут надо сразу добавить, что любое число судьбы не приговор! Оно просто указывает на какие-то повышенные способности от рождения, которые следует в себе развивать.

Числа трудно понять умом, их надо чувствовать сердцем. Число сердца – единица! Оно способно на всё самое сердечное. Сердце может быть вождём, но не вожаком. И не в случае революции, а для просвещения и приобщения к тайнам природы.

Личность не будет радоваться, став менеджером. Для личности пытка каждый день есть бизнес-ланч, доверять спел-чекеру, многократно и тупо повторять «О’кей». Личность скажет «О’кеюшки», «О’кеюще» или «О’кейно»… Если твоё главное кредо «Ноу проблем!» и ты тащишься от того, что топ-менеджер, у тебя проблемы с твоей личностью! Ты личностьпроменял на наличность.

Девиз «Один за всех, все за одного!» выгоден менеджерам, политикам и драчунам.

Великие личности скорее станут великими алкоголиками, чем рядовым офисным планктоном. Представляете Ньютона, который работает топ-менеджером в супермаркете? Да он лучше сопьётся!

И Шолохов спился, потому что был личностью, которую травили не личности.

И Слонов гораздо меньше, чем мышей. Но слоны – это качество, а мыши – количество. Над Шолоховым издевались всем мышатником Союза писателей.

Леонардо да Винчи я могу представить алкоголиком, но не продавцом палёной водки, великий Ганди не может работать Фурсенко и заставлять своих «мышей» сочинять вопросы для ЕГЭ, превращая детей в мышей-менеджеров. Если Нострадамус станет заниматься тем, чем занимается сегодня Министерство здравоохранения под управлением Голиковой – продавать лицензии на продажу фальшивых лекарств, – он потеряет дар предвидения.

В России всегда рождалось много личностей!

Россия – единица! Это её число судьбы. Вот почему в ней так много пьяниц и алкоголиков ещё со времен Советского Союза, который пытался личностей осреднить, но ему это не удавалось до такой степени, как сегодня удаётся развитому капменеджерству.

Впрочем, небольшая и грустная поправка… Россия – несбывшаяся личность. Как хитрому коту в сапогах удалось обмануть великана: лицемерием, пиаром и заманухой превратить в мышь, так и Запад старается уменьшить Россию до мыши-попрошайки.

России ещё очень далеко до настоящей личности-единицы. Она слаба, как та вылупившаяся из нуля-яйца ещё неразумная единичка, которая не хочет развиваться, но уже зазналась. Ей просто от природы даны особые способности. У неё повышенная потенция. Это её каждый раз и спасает. Но так не может продолжаться вечно. И я не хочу, чтобы мы об этом забывали под улюлюканье «кота в сапогах».

От настоящей состоявшейся личности-единицы всегда идёт свет. Солнце одно! Интересно, что на Руси в древности вместо «единица» говорили «раз» (слово «ра» означало «солнечный свет»). «раз» напоминал – из нуля-космоса родилась единица-Солнце. Замечали, дети считают не «один, два, три»… а «раз, два, три»? Они чувствуют солнышко лучше умников-взрослых.

И небо тоже одно. На всех!

И Бог един! Всевышний. Вера в него позволяет совершить восхождение от единицы до бесконечности: «Один Бог — одна правда!» (рус. нар. посл.)

Но единица – и журавль, который летит во главе клина. Единицей-личностью мог бы стать наш премьер-министр, если бы не потакал тем, кто менеджерит Россию. Да, он во главе «журавлиного клина», но это клин журавлей-менеджеров и ворюг.

Великой единицей-личностью был наш Михайло Ломоносов. Его пытались уничтожить, разорвать, превратить в мышь окружавшие его академики-неединицы. Управляли ими немцы-менеджеры от науки. Но от Ломоносова остался МГУ, а от остепенённых «мышей» ничего, кроме нашего сожаления, что они не наши современники и мы не можем им поочередно дать в морду с разбега.

Когда-нибудь такое же отношение у наших потомков будет к сегодняшним фурсенкам и голиковым.

Личностью-единицей был Спартак! Поэтому именно в России так много обществ с его именем. На Западе вообще плохо знают, что это за личность, и с трудом ответят на вопрос, кем он был. Тем более не назовут его именем свою любимую футбольную команду. На Западе не любят единиц-бунтарей!

Мы же сами хоть и не состоявшиеся, зато всё ещё верим, что когда-то и у нас появится наш славянский Спартак. Причем словосочетание «славянский Спартак» далеко не оксюморонно. Он был фракийцем. Фракия и Македония составляли когда-то один народ. Говорили на одном языке. У македонцев есть выражение «матка руска». А ведь оно существовало ещё в глубокой древности. Так что извините, но и Александр Македонский тоже был нашим пацаном. И сгинул, потому что попал под влияние роскоши, губительной для любой личности! Из великого полководца, мечтающего объединить мир, стал обыкновенным напыщенным топ-менеджером захваченных территорий. А судьба его готовила для большего! Потому сразу лишился силы, и боги милостиво его забрали, чтобы не позорить великого Александра перед потомками.

У многих из великих, которых я назвал, число судьбы не единица. Но они в себе эту энергию личности развили. И стали великими!

Главный вывод: единицы, то есть любой из нас, может и должен, если хочет не зря прожить свою жизнь, овладеть энергией других чисел и обрести силу десятки.

Конечно, большинство из нас не способно освободить копчик от бытовой силы притяжения. Поэтому бродят по свету разрозненные, несамодостаточные единички, ищут тусовки, чтобы хоть как-то выделиться из общечеловеков, пирсингуются, татуируются, навешивают на себя ювелирку, пытаясь найти своё потерянное, раздробленное «я», превращаются в интернетовских троллей, а все равно остаются стриженными под одну гребенку. Одинаковые как патроны в патронтаже.

Именно о таких в народе говорили: «Одному и топиться скучно», «И в раю жить тошноодному», «Одного поля ягоды»… Наш народ всегда относился с юмором к жизни: «Однойженой да одной кобылой поле не удобришь!»

Англичане про таких говорят «one eye»: мол, неполноценный, простачок, дурачок…

В этом отношении очень точной в Советском Союзе была оценка за незнание предмета – единица! То есть можешь, а не хочешь! Хуже не бывает! Заметьте, оценки «ноль» не было! Только мне однажды классная руководительница за поведение поставила в дневнике ноль! И я очень этой оценкой гордился! Хотя в то время ещё не знал, что ноль – это космос!

Но для того чтобы правильно начать восхождение от единицы к десятке, нужно сначала сделать верный выбор своего пути! И в этом главная проблема единицы. Она потенциал, но у неё нет разности потенциалов. У неё нет левой и правой стороны, верха и низа, она не делится на «тут» и «там». Сама по себе она неподвижна. Как и внутри любого числа, у неё нет движения. Чтобы единица начала двигаться, ей необходима… – двойка! Выбор! Раздвоенность. Замечательное, мудрейшее из чисел, указывающее и предупреждающее: либо в правду, либо в кривду, либо Моцарт, либо Басаев; либо Пушкин, либо Нерон; либо поэт, который повлияет на судьбы людей более чем любой политик, либо интернетовский тролль. Кто такой тролль? Человек-дробь, у которого в знаменателе бесконечность. Но для «человечника» такие человеко-единички необходимы. Без сорняков на земле ничего не вырастает. Сорняки дают силу целебным травам!

С единицами несложно наладить отношения. Причём как деловые, так и сердечные. Если единица настоящая, она сама по себе всё наладит! А если лишь притворяется, то и вам надо притворяться, что считаете её личностью. Даже если решение выработано вами, смилостивитесь, сделайте вид, что это решение пришло на ум тому, кто косит под единицу. Помните, родившемуся под знаком единицы всегда хочется быть первой скрипкой.

Короче, учитесь у женщин. Они как никто умеют делать вид и внушать мужьям, что те главные. При этом заставлять их петь под свою одну дуду!

21 июля у меня концерт в Питере, в «Октябрьском». Приходите!

Один в поле воин

Глядя на Вячеслава Кутугутова, невольно сравниваешь его с былинным богатырем – крепко сложен, красив, во взгляде – доброта и понимание, он внушает чувство защищенности, уверенности и спокойствия. Да и делом он занимается благородным и нужным. Наверное, именно таким должен быть настоящий участковый уполномоченный милиции. Ведь он – хозяин участка и, можно сказать, несет ответственность за каждого жителя. Кутугутов обслуживает территорию Кангалассов. Участок ему достался не из лучших. Чего греха таить, многие жители – освободившиеся из мест заключения, много безработных, а также пьющих. А именно эта категория граждан и является объектом пристального внимания милиционеров.

По дороге на участок, заезжаем в 3 ГОМ.

— Надо забрать инспектора ПДН. У нее в Кангалассах молодая женщина живет, которую должны лишить родительских прав. Вчера опять на комиссию не явилась. Я был вчера в ее квартире. Девочка, ей всего два годика, и мальчик маленький. Народу полный дом, все пьяные были, дети без присмотра. Татьяну с мужем я видел позавчера возле сберкассы, пособие видать получали. Вот и ушли в запой. Ребятишек жалко, симпатичные такие. Четверо ее детей уже в детдоме.

Около 3 отдела милиции в машину садится инспектор ПДН Марина Аргеньевна Федорова. В этой хрупкой очаровательной девушке сразу просматриваются черты человека цельного и грамотного, болеющего за свое дело.

— Спасибо, Слава. А то на автобусе я бы опять не успела обойти всех. Да, — отвечая на мой удивленный взгляд, говорит Марина, — На автобусе ехать очень долго, поселок большой, я еще территорию Тулагинов обслуживаю. Все пешком. Не поверите, иногда чтобы в город вернуться, КАМАЗ останавливаю.

— Я тоже раньше на КАМАЗах добирался, — подхватывает Вячеслав. – А как еще? Когда я с работы возвращаюсь, автобусы уже не ходят, да и машину не часто встретишь. Моя-то часто ломается. Иногда стою на трассе один в темноте, надежда только на себя, поэтому в багажнике и все инструменты, и запаска.

Дорога кажется бесконечной, поэтому успеваем обсудить все трудности и перипетии службы. Но милиционеры, поделившись наболевшим, просят не озвучивать в печати. НЕ привыкли они жаловаться, служба есть служба.

В Капитовке Кутугутов решает заехать к одному из своих подучетных Степану. Был у него на днях, надо проверить – пьянствует или остановился, разогнал ли притон. Марина тоже знает Степана, сейчас он привлекается по статье за жестокое обращение с сыном. Он постоянно унижал и избивал парнишку. Тесная квартирка на втором этаже завалившейся двухэтажки вмещает кучу народа. Чтобы передать зловоние и состояние жилища, не найдешь слов – их просто нет в великом и могучем языке. Сам хозяин – спившийся, худой мужичок без возраста смотрит безликими глазами на незваных, но, как видно по реакции, частых гостей. Сегодня он трезвый, поэтому претензий особых не вызывает. Милиционеры, побеседовав с ним, напоминают, что их визиты не прекратятся, пока не будет порядка.

— Хотя иногда они сами вызывают милицию – если заворуха какая случится. Я, кстати, заметил, что люди благополучные стараются не выносить сор из избы, если семейный скандал – милицию редко вызывают.

По пути решаем заехать в дом интернат села Капитоновка. Нас гостеприимно встречает его директор Валентин Семенович Федоров, где наш участковый частый гость.

— С Вячеславом Семеновичем общаемся с первого дня его службы. За мои двадцать с лишним лет стажа это – четвертый участковый в селе. Так что поверьте, мне есть с кем его сравнить. Он единственный из них, кто работает с полной ответственностью. Во время паводка дежурит по трое суток, ночует прямо здесь. У нас сейчас проживает 282 человека. Люди разные, 30 % — ранее судимые. Бывают и у нас инциденты, которые без представителя милиции мы разрешить не можем. Недавно был выявлен факт продажи водки, Вячеслав нашел реализатора, сейчас решается вопрос о привлечении его к ответственности, также случаются кражи, хулиганства. В сезон в селе начинаются кражи крупного рогатого скота, конокрадство. В лице нашего участкового мы видим надежную защиту.

Татьяна, к которой приехала инспектор ПДН, сегодня дома, гражданский муж тоже. Легкая дрожь в теле, нервозность — свидетельство вчерашней попойки. Дома, правда, успела прибраться. Гостей встречает не очень-то радушно, но субординацию соблюдает. Выбегает босоногая девчушка, судьбу которой, собственно, и пытаются решить милиционеры.

Видя, что хозяева реагируют адекватно, мы уходим. Марина Аргеньевна еще пойдет по адресам, до города доберется сама.

Инспектор по понятным причинам побаивается ходить одна в притоны, поэтому иногда просит участкового сопроводить ее.

— А ты не боишься, когда ходишь по притонам? – спрашиваю Вячеслава Ведь всегда один.

— Я в разных переделках был. И стреляли в меня из карабина, когда на ГРЭСе работал участковым, и ножом подрезали и избивать приходили. Кроме этого, подучетные практически все болеют туберкулезом и педикулезом. Да, работа у нас опасная. Трус бы испугался, но я не из робкого десятка. Нельзя показывать свою слабость, люди это чувствуют.

— А тебе не кажется, что ты борешься с ветряными мельницами?

— Лет шесть назад задержал я одного парня за отстрел двух кобыл. Я вычислил его по ружью через проведенную экспертизу и спеучеты. Ружье он у отца выкрал и совершил преступление. Срок ему тогда дали. Когда вышел из заключения, за ум взялся, работает, женился, двое деток у него. Сейчас ему всего 32 года. Вся жизнь впереди. Недавно приходил ко мне, разговаривали, утверждает, что благодаря мне одумался, «спасибо» сказал. Для меня его благодарность многого стоит.

Знаю, что работаю не зря. У меня в УПМ-е (участковый пункт милиции – авт.) всегда люди. НЕ далее как вчера даже очередь была. Кто с заявлением на соседей приходит, кто по семейным скандалам, кто по поводу оформления паспорта, кто за консультацией в юридических вопросах, а кто и просто поговорить за жизнь. Есть и такие.

Многие преступления, особенно кражи, Вячеслав раскрывает лично. Доля раскрытых им краж составляет 60-70%. Да и совершаются они теперь реже благодаря профилактике. Например, в 2009 году зарегистрировано 26 случаев, а годом ранее 35.

— У нас, к сожалению, произошло сокращение на разрезе, в связи с этим многие люди остались без работы, — рассказывает глава администрации поселка Кангалассы Александр Иванович Конев. – Как следствие – пьянство, разгул криминала… Поэтому участковому работы невпроворот. Мы стараемся оказывать содействие в обеспечении бензином, связью, пункт милиции оборудовали всей необходимой оргтехникой. Было бы хорошо, если бы он жил в поселке. Хотя Вячеслав Семенович всегда на месте. Многие вопросы решаем сообща. И рейды проводим совместные, также он участвует во всех общественных комиссиях . Работает парень на совесть, ничего не скажешь.

По сути участковый в поселке – единственный представитель милиции. В случае совершения тяжкого преступления опергруппу чаще всего приходится ждать долго. Поэтому зачастую участковому принятие решений приходится брать на себя.

— Ситуации разные бывают, бывает хочется хорошенько наказать за проступок, и тут же человека жалеешь, — рассказывает Вячеслав. — Была у нас молодая женщина. Трое ребятишек было у нее. Жить было негде. Скиталась по подъездам да притонам. Дети не доедали, конечно. Украла она однажды булку хлеба в магазине. Меня вызвали. Говорю продавцу – не пиши заявление, ведь она для детей взяла, они же голодают. Отдал деньги за хлеб и порешили на этом. Потом ее на лечение отправил, детей в приют отдали. Судьбы разные. Бывает изыму, например, куль картошки ворованной. Потерпевшие не заявляют в милицию, отдаю малоимущим. Приходится иногда самому принимать решения, а сделать это надо по совести.

Каждый сам выбирает свой жизненный путь, но главное, по мнению нашего героя, не судить людей слабых, не справившихся с трудностями. Он не только видит дно жизни, но и старается вытащить оттуда людей. НЕ по себе становится, когда по ту сторону оказывается знакомый тебе человек. Так было в Чечне. Заканчивалась вторая кампания, Кутугутов тогда нес службу в УБОПе Чечни, куда берут только профессионалов. Одним из задержанных боевиков оказался однополчанин Вячеслава чеченец Хизир.

— Он узнал меня сразу. Заплакал. «Извини, — говорит, — обнять тебя не могу, мешают наручники. Я теперь по ту сторону баррикад.» Проговорили мы с ним тогда долго, вспомнили службу. Генерал наш был очень удивлен, что я, парень из Якутии, служил в армии. А как еще?

Хизир застрелился на следующий день…

Кутугутов был в двух полугодовых командировках в горячей точке. И оба раза – добровольцем.

Выезжаем из поселка. Позади остаются сопки, одетые в шапки снега, КАМАЗы, груженые углем.

— Я тут все места знаю. Все пешком прошел. Сына брал с собой поохотиться.

Смеркается. Сегодня у Вячеслава исключение из правил. Домой приедет рано, ведь всегда раньше одиннадцати не появляется. Жена удивится, но обрадуется и быстренько соберет нехитрый ужин. Она уже привыкла выколдовывать что-нибудь особенное из простых продуктов. Ведь у них трое детей: мальчики – школьники, а маленькой Дусе три годика. Папа не объяснит им, что не может положить в карман чужое или попросить деньги, да и о своих проблемах умолчит. Он как никто другой знает, что у людей и похлеще бывает. Поэтому с садиком вопрос, видимо, решится, когда Дусе будет пора в школу, да и квартира на первом этаже двухэтажки на квартале, которую подъедает грибок, неизвестно когда заменится на благоустроенную, пусть даже однокомнатную, но со всеми удобствами. На сегодняшний день это – главная мечта участкового Кутугутова.

Она сбудется, может быть, в далекой перспективе, когда, наконец, устаканятся все реформы и профессия милиционера будет хорошо оплачиваемой и одной из престижных. А сейчас остается пожелать таким участливым людям, как Кутугутов, терпения и надежды.

Владимир Квачков: один в поле воин, если он с Богом

19 февраля полковник ГРУ Владимир Квачков, отбывавший наказание за покушение на Анатолия Чубайса и подготовку вооружённого мятежа, вышел на свободу. Уже с первых минут общения с прессой стало понятно: в России появился новый политик. Квачков оставался свободным даже в местах лишения свободы. О том, как он видит будущее Русского государства, почему критикует действующую власть и в ком видит союзников, Владимир Васильевич в своей бескомпромиссной манере рассказал «ЗАВТРА».

«ЗАВТРА». Первый вопрос — о планах на будущее. Вы заявили, что планируете заниматься политикой, но подчеркнули: «Ни в какую партию я вступать не буду, никакую партию организовывать не буду». Какие пути политической борьбы рассматриваете? В России — явный дефицит новых лиц среди патриотически настроенных политиков, и ровно так же есть необходимость в новой патриотической партии, которая не будет фикцией и компромиссом. Что будет с нами после 2024 года?

Владимир КВАЧКОВ. Политические партии и, в том числе, «системная оппозиция», являются инструментом действующей власти, поэтому создание партии бессмысленно. Власть сделала беcсмысленными политические партии и их деятельность, это симулякры, действующие в определённых им направлениях. Зюганова можно назвать помощником Путина по работе с «коммунизьмом», — используя хрущёвский термин. Владимир Вольфович Жириновский работает с тем электоратом, которому нравится слово «русский», всё экстремальное, молодеческое. И существует «Единая Россия» — это не партия, а конгломерат различных чиновников, у неё даже отсутствует политическая составляющая. О «Справедливой России» вообще нет смысла говорить.

Зачем создавать ещё одну политическую партию? Цель партий — завоевание политической власти, и ни одна из партий в России её не преследует. Конечно же, многие об этом говорят, Жириновский, в принципе, открыто заявляет: «Я хочу стать президентом». Но Зюганов это слово даже боится произносить. А Миронову, по-моему, завоевание власти даже не приходит в голову. Я вообще не вижу смысла партийной деятельности ни сейчас, ни в будущей России. Этот совершенно ложный путь был предложен и, к сожалению, принят нашим Государем. Видите, я сижу под его портретом, я очень почитаю Государя-великомученика и его семью Царственных великомучеников. В 1905 году у нас был шанс продолжить путь, начатый нашим великим царём Иваном Васильевичем Грозным. И вместо того, чтобы пойти развивать наше исконное русское земство, связать его Советами, которые начали появляться уже в 1905 году, мы пристроились в хвост к Европе и начали строить партии.

Будущее России я вижу как государство с сословно-трудовым и земельным структурным делением народа. У нас могут быть различные экономические, сословные интересы, но это всё интересы единого народа. А партии делят народ. Поэтому никакого желания у меня нет ещё одну какую-то партейку создавать. Сейчас необходимо «Движение христианского духовного сопротивления», потому что противно, омерзительно и смертельно опасно жить в существующей политической системе. Я предполагаю, что в будущем наше государство будет называться «Русское православное государство Россия».

«ЗАВТРА». Как говорится, «один в поле не воин». Какие организации, общественно-политические силы, политики и лидеры общественного мнения вам близки, и кого из них вы могли бы рассматривать как возможных союзников?

Владимир КВАЧКОВ. Не согласен, что «один в поле не воин». И «один в поле воин, если он ладно скроен» — гласит русская пословица. Иногда борьба и война начинается с одного. И скажу, может быть, несколько дерзновенно и с вызовом: даже если я буду один, без никого и без ничего, но я буду с Господом нашим Иисусом Христом, то нас будет большинство! Я хочу быть с Богом, под Богом точнее, и цель моей жизни на земле — это понять и исполнить волю Господню своей волей. Конечно, это важно иметь соратников, и они есть, но для меня важна сама позиция, что и «один в поле воин», если он с Богом. Это моё внутреннее глубокое убеждение, которое только окрепло за мои 8, а если в общей сложности, то уже 11 с лишним тюремных лет.

Наше будущее в том, чтобы вобрать в себя лучшее, что было и в Российской империи, и в Советском Союзе. Если я буду искать союзников, то это, прежде всего, могут быть и коммунисты — люди противоположных мне атеистических взглядов. Русский православный социализм — вот моя идеология. Слово «русский» меня сближает с силами националистическими. Есть нацизм и национализм, их нужно различать, я говорю о национализме в добром понимании этого слова — народолюбие, любовь к своему народу. С русским национализмом этнического типа — «если папа, мама русские, значит ты русский» — я не согласен. Хотя, безусловно, именно русский этнос является генератором духовного русского поля, в которое могут войти люди и других национальностей. В этой области я буду искать какие-то общие точки соприкосновения и взаимодействия со всеми русскими националистическими организациями. Я являюсь православным христианином, и считаю, что православная церковь во многом утратила свою роль Церкви Христовой, воинствующей на земле. Стало очень сложно найти среди православных когорту людей, которых можно называть «малое воинство Христово». Но поиски уже ведутся. Что касается православной церковной организации, то, по моему мнению, вместо РПЦ МП должна появиться новая церковь в России — Московская Вселенская Православная Церковь Христова. Почему Московская? Потому что Москва — Третий Рим. Названия «русская», «российская», как она называлась раньше, ограничивают вселенские георелигиозные задачи русской православной нации. Стамбул не должен быть центром православия, так называемый Константинопольский патриархат не должен быть вселенским. Вселенской должна стать Московская Православная Церковь Христова. В рамках этого проекта, который, безусловно, серьёзно меняет существующее понимание о православии, я тоже буду искать союзника.

«ЗАВТРА». Вы поддержали воссоединение Крыма с Россией, как оцениваете то, что произошло и происходит в Донбассе? Испытываете ли некую досаду по поводу того, что не смогли принять участие в исторических событиях, и не думаете о том, что могли бы повлиять на их ход?

Владимир КВАЧКОВ. Несмотря на информационную изоляцию, за прошедшие годы ко мне пришло более 2750 писем: и из России, и из Украины, из Белоруссии и из-за рубежа. То есть у меня была личная связь со многими людьми. Я выписывал всё-таки газеты, журналы, читал, плюс, конечно, ещё и слушал, но очень мало. Я заходил в комнату, где стоял телевизор (она называлась «Помещение для воспитательной работы») 2-3 раза в месяц: зай­ду, посмотрю телевизор — те же рожи, те же передачи, и ухожу. Достаточно было посмотреть буквально несколько минут, чтобы знать, что ничего там не изменилось. Это практически национальный враг. Сегодняшнее телевидение — это механизм по духовному и физическому уничтожению русского народа.

Теперь по Крыму. Мне нравится одно, не помню чьё это выражение, оно очень точное: «Крым наш! А Россия чья, куда Крым вошёл?». В Донбассе, по?моему, происходит предательство русского народа, той идеи, с которой люди поднялись против либерал-фашистского режима в Киеве. Но, как оказалось, и я сейчас в этом всё больше убеждаюсь, либералы в Киеве ничем не лучше и не хуже либералов в Москве. Московские либералы и киевские либералы одинаково заинтересованы в том, чтобы в Донбассе не появилась русская идея. Поэтому Павел Дрёмов, Алексей Мозговой, Моторола, Гиви и другие комбриги, известные люди Новороссии были уничтожены не просто какими-то украинскими ДРГ, нужно искать концы и здесь, в России, среди частных военных компаний. Проект «Новороссия» был загублен прежде всего московскими либералами во главе с Сурковым. Если бы Путин захотел, чтобы Новороссия осталась в том виде, в котором она задумывалась, никто бы не дал команду вернуть войска из?под Мариуполя. Поэтому я думаю, что и Киев, и Москва одинаково виновны… Не одинаково, а почти одинаково, киевский режим всё-таки обстреливает Донбасс, а эти исподтишка делают так, чтобы проект Новороссии был похоронен. Может быть, это звучит не скромно, но мне понравился анекдот про меня. «Квачкову предложили стать министром обороны Новороссии, но Москва отказала: мол, если мы его сейчас поставим министром обороны, то народное ополчение Новороссии неизвестно куда пойдёт раньше, на Киев или на Москву». И в этом анекдоте есть какая-то доля шутки. Если говорить о том, чтобы поднять знамя национально-освободительной борьбы русского народа, сделать Новороссию плацдармом, конечно, здесь я испытываю досаду. Но совершенно очевидно, что те люди, которые хотели этого и начали Русскую весну, были убиты.

«ЗАВТРА». Хотите вы того или нет, ваша фигура в первую очередь ассоциируется с покушением на Анатолия Чубайса. Сегодня российские ультрапатриоты нередко призывают к репрессиям в отношении врагов государства или, по меньшей мере, созданию невыносимых для них условий.

Владимир КВАЧКОВ. Меня всегда о Чубайсе спрашивают, и у меня уже почти стандартный ответ: Бог не дал Чубайсу лёгкой смерти на лесной дороге в 2005 году и приготовил ему какую-то другую смерть. Сегодня у меня спросили: «Чубайс пожелал вам хорошей старости, а пожелаете ли вы Чубайсу хорошей старости?» Я ответил следующее: «Да, и ещё неизвестно доживёт ли Чубайс до старости вообще». Думаю, что Чубайса и всю эту свору либеральную ждёт Особый трибунал. В будущем Русском православном государстве Россия, я думаю, Чубайс, по-видимому, ещё пожалеет, что он остался жив, но это всё будет по закону. А уж какой вид смерти или вид наказания изберёт Особый трибунал — это вопрос будущего, когда в России появится русская национальная власть. А, поскольку терроризм всё-таки принято считать запрещённым способом борьбы, то хотел бы всё-таки здесь напомнить слова Кропоткина: «Есть только одна вещь хуже террора — безропотно сносить над собой насилие». Я высказывал свою позицию, что убийство Немцова — демонстративное, за ним стоят определённые силы. Оно ничего не изменило и не могло изменить в раскладе политических сил, потому что Немцов был лицом, символизирующим либерализм. Идея либерализма в России уже сдохла, как почила в бозе идея коммунизма в Советском Союзе. Сейчас нет в России вменяемой силы или, по крайней мере, людей, которые бы приветствовали либерализм в том виде, в котором он сейчас существует в России. Я не думаю, что убийство каких-либо политических деятелей приведёт к чему-либо.

«ЗАВТРА». Вы выступаете за воцерковление русского народа и православное государство. Как воцерковить русский народ, с учётом сложной истории XX века и негативного восприятия РПЦ множеством россиян? В России проживают не только православные народы, как быть с ними?

Владимир КВАЧКОВ. Русская правда была разрублена в гражданскую войну на белую и красную. И, безусловно, если мы не срастим эти части, белую Божью православную правду с Красной правдой справедливости, мы не пойдём дальше. Да, пока греховен человек, не может быть Царства Божия и полной справедливости на земле, но мы должны стремиться к этому. И одним из путей, которым Господь попустил России пройти,— это была идея создания справедливого атеистического советского общества. Советский Союз погиб не по материальным причинам, а, прежде всего, по духовной причине. Советский Союз умер тогда, когда умерли мои бабушки, ровесницы XX века, поколение, которое генерировало христианские духовные ценности. И в Великой Отечественной войне воевали православные деды и отцы, а также их уже советские дети, которых мои православные бабушки воспитали.

Личное спасение души возможно при любой власти, при любом обществе, при любом государстве, а воцерковить постсоветский русский народ без восстановления русского православного государства невозможно. То, что сейчас творится и в государстве, и в Церкви, даже отталкивает в большей степени от православия. Это двойная задача — появление в России русского православного государства и воцерковление русского народа.

Русские этнические националисты ругают меня за то, что я считаю, что русская цивилизация включает в себя и татар, и башкир, и якутов, и так далее. Православные меня ругают за то, что я считаю социализм справедливым экономическим способом ведения хозяйства. Социалисты меня ругают за то, что я монархист. В общем, каждое из этих направлений: русский национализм, православие и социализм воспринимается как нечто совершенно идеологически изолированное. На мой взгляд, это совершенно не так. В основе этой ошибки лежит мироощущение, что всё материально, выше есть какая-то политическая надстройка, а ещё где-то существует что-то вроде какого-нибудь там Бога. А на самом деле всё наоборот. На вершине мироздания существуют христианские ценности, на их основе вырабатываются политические цели и задачи, и уже политические цели и задачи определяют экономику. Экономика — это низший уровень человеческого бытия, а не высший, как у Маркса. Я собираю под знамёна людей, которые в некоторых вопросах придерживаются совершенно противоположных мнений. Но в этом и есть смысл политической деятельности — соединить русский национализм с православным мироощущением и с социалистическим способом ведения народного хозяйства.

«ЗАВТРА». Как человек, который провёл в местах заключения свободы 11 лет, что вы могли бы сказать про российскую пенитенциарную систему? Ведётся дискуссия о необходимости масштабной амнистии. Как вы, как политик, видите работу с этим людьми?

Владимир КВАЧКОВ. «Амнистия» — слово ключевое для любого зэка. Сколько сидел, столько и слышал эти сказки про большую амнистию. Может быть, амнистия действительно будет объявлена будущей русской национальной властью, поскольку общим убеждением станет то, что в том, что люди попали в тюрьму виновато само общество, при котором, если ты украл телефон — ты пойдёшь в тюрьму, а если ты украл завод по производству телефонов — ты пойдёшь во власть. Чем больше украдёшь, тем больше поднимешься, и наоборот: чем меньше ты украдёшь, тем больше ты будешь сидеть. Естественно, такой порядок вещей многих не устраивает. В тюрьме сидят достаточно дерзкие, волевые люди, особенно из молодёжи, которые не хотят за 3 копейки работать на известно кого, а считают, что лучше пойдут и заберут. Это чисто разбойничья психология.

В России уничтожена на местах промышленность. Сейчас люди едут в Москву на заработки и в другие крупные города, вместо того, чтобы восстанавливать жизнь на земле, нас мировая закулиса загоняет в мегаполисы, чтобы здесь все были под контролем, а все эти пространства — практически уничтожение человечества. Наркотиками, безнравственностью, лишением людей определённого им Богом образа жизни. Ведь однополый секс — это преступление против человека, человечности и против человечества, это самое страшное преступление — против Бога, а оно считается нормой сейчас. И в местах, где сидел, кстати, очень здоровое отношение к этому.

Как вести с этими людьми работу? Есть такая фраза известная: «Вор должен сидеть в тюрьме». А теперь задумаемся над продолжением: а вору в тюрьме должно быть хорошо или плохо? Ему должно быть там плохо, потому что тюрьма — это наказание. Вопрос только в том, что сейчас в тюрьмах сидят не те, кто там должен сидеть. Главный вопрос не в пенитенциарной системе, системе исполнения наказаний. Ведь сама по себе система является одной из систем государственной власти. У нас же убрали конфискацию как вид наказания. То есть эти мошенники, которые украли миллионы и миллиарды, если и попадают за решётку, то за деньги решают эту проблему, то же УДО — это вещь достаточно коммерческая.

Система исполнения наказания совершенно должна быть пересмотрена, это огромный, большой вопрос, но её не изменить, пока не будет изменена сама государственная власть. Если целью власти является личное обогащение у чиновника и это практически норма, коррупция является стержнем существующей власти, то, что тогда можно требовать от подчинённой ей пенитенциарной системы?

«ЗАВТРА». Культура — иммунитет народа, и работа с ней — важное направление внутренней политики. Следите ли за тем, что происходит с российской культурой, верите ли, в искренность заявленного патриотического курса, учитывая то, кто этим занимается и что за люди входят в Президентский совет по культуре?

Владимир КВАЧКОВ. Почему-то культура считается чем-то второстепенным, а вопрос о культуре должен стоять первым в нашем разговоре. Культура и духовность — понятия неразрывные. Сейчас происходит геноцид русского народа посредством духовной деградации. Раньше нужно было завоевать народ и потом уже что-то там с ним делать, а сейчас можно с помощью средств массовой информации убивать народ. И эти структуры, которые предназначены для культурного развития, а вместо этого убивают русский народ, поддерживаются нынешней властью. Я не владею информацией по составу этого Президентского совета по культуре, но вижу результаты этой деятельности. И если в школах не изучают Закон Божий, даже простые основы духовной культуры, что хотели внедрить несколько лет назад, то личность духовно убивают с самого детства, а потом уже делай всё, что хочешь и с ребёнком, и с народом.

Вы совершенно правы. Культура — иммунитет русского государства, нашего национального организма убивается этой толерантностью. Ведь толерантность — это неспособность организма распознавать чужое и бороться с ним. Культура сейчас стала практически антикультурой.

Что касается патриотизма, я хочу ещё раз повторить: патриотизм — это любовь к Родине. А чем отличается патриотизм от национализма? Патриотизм зачастую переводится в любовь к государству. Патриотизм сейчас у многих — любовь к нынешнему государству и конкретно к Владимиру Владимировичу Путину. Буквально недавно приняли закон «Об оскорблении власти». Я вообще не понимаю, как это можно принять? Что значит оскорбление власти? Чиновника обозвал нехорошим словом, ты власть оскорбляешь что ли? А если он на самом деле такой, кем его называют? Национализм как народолюбие предполагает любовь к русскому и к другим коренным народам России. Я, как великоросс, безусловно, люблю больше всего свой русский народ — великороссов, малороссов, белорусов. Татарин любит свой татарский народ; башкир — башкирский; дагестанцы любят свои соответствующие народы. Совершенно естественное состояние человеческое. А его подменяют любовью к государству и лично к президенту. Это ложный патриотизм. Не быть этому!

Фото Игоря Старкова

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!
Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Один в поле воин если знает что он один

ну какая уж теперь разница, тем более ему, какой орден

Собственно за этот материал нас стали считать антисоветчиками, но именно такому подвигу посвящена статья:

Идеально отлаженный механизм военной машины вермахта, созданной германским гением для разрушения и уничтожения, как гигантский каток с хрустом раздавил воинские части западных военных округов и советский аппарат государственного управления. Уверенность Гитлера в том, что антирусский коммунистический режим — это «колосс на глиняных ногах», который рухнет от первого же сильного удара, полностью оправдалась. Но при этом гений Гитлера не учёл той простой истины, что логика и холодный математический расчёт европейского ума не всегда действуют на Русской Земле. Фатальная ошибка фюрера германской нации состояла в том, что воевать он планировал с «советским режимом еврейских комиссаров», а в реальности столкнулся в смертельной схватке с пробудившейся Русью, со всей мощью Русского Народа (малорусами, великорусами и белорусами). И уж тем более он не мог предположить, что плечом к плечу с русскими на защиту страны встанут все народы Советского Союза.

Не верил Гитлер, что русские будут драться за мифический коммунизм, советский режим с его кровавыми репрессиями и грузинского тирана в Кремле. И правильно делал, что не верил. Но не за это дрался народ! Не смог немецкий фюрер, как и многие европейцы до и после него, увидеть за тонкой, искусственной, европеизированной оболочкой коммунистической идеологии и СССР, дремлющую Русь во всей своей могучей, полудикой и непреодолимой силе. И когда вошли в плоть Русской Земли траки первых немецких танков, когда начали рвать её первые немецкие бомбы, из-под рухнувшего советского режима и развалившейся Красной Армии восстал гигантский, всёсокрушающий колосс Руси, дабы без следа поглотить очередное иноземное нашествие!

Не за коммунизм дрался русский солдат, не за советскую власть, многим ненавистную, а за РОДИНУ, то есть за Землю Русскую, за Веру, за сверхценности, с рождения заложенные в душу каждого русского человека, без которой его физическое существование становится немыслимым.

Один в поле воин Текст

© Каликинская Е.И., текст, 2020

© Мельникова Е.Д., иллюстрации, 2020

© Издательство «ДАРЪ», 2020

1916 год. Даня. Выход из подземелья

С закрытыми глазами по Переславлю

В последнее время Даня повадился ходить в трактир купца Павлова. Ребята говорили, что там, в подвале, начинаются тайные ходы, которые опоясывают под землёй весь их маленький древний город. Брат Санька объяснял: тысячу лет назад ходы прорыли, чтобы укрываться в них от врагов.

– А ты говорил, что князя нашего Александра Невского никто победить не мог? – спрашивал Даня.

– Это когда не мог – когда он вырос, в силу вошел! А маленьким был? А уходил княжить в Новгород? – авторитетно возражал Санька. – Ходы-то куда как пораньше были…

– Когда раньше? – не отставал младший. На это старший пренебрежительно отмахивался:

– Много будешь знать – скоро состаришься!

Даня и рад бы состариться поскорее: про всё узнать. Но что поделаешь, если даже Санька считает его маленьким. Остаётся только самому что-нибудь разведать – тогда посмотрим, кто умнее! Самое верное дело – найти хотя бы один подземный ход. Для того Даня и ходил в трактир Павлова, прислушивался к разговорам, заглядывал в погреб, когда туда спускалась помощница кухарки…

В трактир Даню пускали, потому что его бабушка пекла пирожки для купца Павлова. Запах её пирожков Даня чувствовал, едва выйдя из дома, уже у Владимирского собора. Когда выходил на Симеоновскую улицу, запах становился сильнее. На Сергиевском мосту через Трубеж уже можно было сказать, с чем у бабушки Акулины Егоровны сегодня пирожки: с вязигой и грибами, с малиной или рыбные расстегайчики.

Запах пирожков вплетался в волны других запахов: нагретой крапивы, мокрого речного песка, смолы лодочных боков, свежих конских «яблок» на мостовой и типографской краски от газет, с пачкой которых проходил мимо мальчишка-разносчик. Иногда долетал с озера ветерок, пахнущий горячим от солнца простором.

Даня потому так остро различал запахи, что в последнее время стал хуже видеть. Земляные валы, заросшие мягкой муравой, сливались в одно зелёное тулово. Казалось, это притаился огромный зверь вроде Змея Горыныча – может быть, его младший брат? Даня иногда боялся, что Змей подымется и стряхнет людей, гуляющих по его хребту, как мурашей. Но брат Санька говорил, что никакого Змея не боится и враз уложит его своей деревянной саблей. Брату хорошо, его в честь Александра Невского назвали. Он потому и смелый, что князь ему помогает своим непобедимым мечом и бранной палицей.

Даня совсем не такой – робкий. Недаром его святой – инок переславский преподобный Даниил, что от монахов на гору ушёл и там в молитве и молчании пребывал.

Санька любил иногда прихвастнуть, что фамилия их – Пересветовы – от воина-монаха пошла, которого преподобный Сергий благословил в Радонеже и тот помог Дмитрию Донскому битву выиграть.

Может, и так. Всё у них тут в Переславле рядышком – монастыри и скиты, устроенные великим тружеником и молитвенником земли русской, Веслево, где родился его ученик, преподобный Димитрий Прилуцкий, и храм Спаса Преображения, где рукополагали преподобного Сергия, а малого княжича Александра крестили и венчали на княжество. Санька рассказывал: в четыре года посадили его у храма на коня, когда княжич ещё не был ни Невским, ни великим, ни святым. Но, конечно, и в детстве такой мальчик был посмелее других.

Не то что Даня… Теперь он больше робел – из-за глаз. Бывало, следил взглядом за травяными тропками, снующими вверх-вниз по земляным валам, знал все ложбинки и пригорки, поднимался наверх. Теперь же и ходить туда боялся – вдруг оступишься да покатишься вниз?

Даня не знал, правильно ли это, когда маленькие мальчики плохо видят. А спросить стеснялся. Бабушка частенько приговаривала: «старый да малый», – и жаловалась, что не различает нитку, чтобы продеть в игольное ушко. Может быть, так же и дети – пока не вырастут?

Он мог пройти по родному городу и с закрытыми глазами.

Благовест на колокольне Владимирского собора, скрип колес, конское фырканье и болтовня голубей на площади, шлепки воды о сваи моста, уханье станков в типографии Шаланиных, где папаша работает. И наконец – зазывные возгласы возле трактира.

Никаких ходов там Даня пока не обнаружил, потому что дальше кухни его не пускали. Повертевшись между котлов, садился он на низенькую скамеечку, а бабушка совала ему пирожок.

– Ты лучше всех умеешь печь, – говорил Даня, уминая воздушный, с обливным бочком расстегайчик.

На это бабушка Акулина Егоровна всплёскивала руками:

– Куда уж мне до Хионии Ниловны! Ты внучек мой родненький, потому так и говоришь…

Хиония Ниловна была просвирня. Пекла для Владимирского собора просфоры.

Воскресным утром, отстояв литургию, бабушка давала Дане кусочек. В самом деле, хлеб этот, белый и пресный, был наполнен каким-то особым священным воздухом – Даня это чувствовал.

Хиония Ниловна первая заметила, что мальчик стал плохо видеть.

Из церкви забрали на крестный ход икону Пресвятой Богородицы, перед которой и Даня, и бабушка, и все прихожане клали земные поклоны. На её место повесили другую, ростовских святых, а Даня поклон всё равно сделал. В полумраке различил только золотистое сияние оклада и встал на колени как обычно, коснулся лбом холодного пола.

– Смотри, Акуля, малец твой что-то нехорошо видит! – всполохнулась Хиония Ниловна. – Не заметил, что икона другая. Думал, Заступнице кланяется.

– Господь с тобою, матушка, отчего же нельзя ростовским святым земной поклон положить? – удивилась бабушка. – Может, он от благочестия…

– Да и походка у него стала другая, чуть бочком, – не согласилась просвирня. – Ты, милок, кого на иконе-то видишь?

Даня испугался, как будто каменный пол у него под ногой провалился. Он знал немного ростовских святых и стал перечислять. Да скоро запутался.

Тогда всполошились все дома и начали его расспрашивать. А потом шептались между собой. Маманя даже всплакнула. И каждый, кто оказывался рядом, гладил Даню по голове. Сначала это было приятно, а потом стало тревожно. Как будто в руке, что опускалась на голову, накапливалась тяжесть. Дане казалось, что тяжесть эта перетекает в глаза и они набухли, с трудом ворочаются в глазницах.

Его одного не пускали теперь на улицу. Ни к собору, ни на площадь, ни тем более на мост или в трактир.

У монастыря

Пришлось отложить поиски подземных ходов. Зато Даня больше о них думал. И расспрашивал дедушку Сысоя, который выходил погреться на завалинке соседнего дома. Дедушка видел совсем плохо, и Дане было с ним легко. Он мальчика посылал то огурец ему с грядки сорвать, то ковшик воды принести из колодезного ведра. Грядки, колодец и ведро Даня хорошо видел, потому что близко. Все просьбы деда выполнял в охотку, а сам незаметно расспрашивал про старые времена. Александра Невского Сысой, конечно, не помнил, а вот про святого Даниила Переславского рассказывал, как будто был с ним знаком. Уставившись выцветшими глазами в замшелую стену сарая, поведал дед Дане, как ушёл этот инок из монастыря на горе через распадок на свой холм, как вырыл себе пещерку и жил там в тишине и молчании. А потом приехал к нему сам царь Василий. Прослышал царь о богоугодной жизни инока и бросился ему в ноги: сына, мол, хочу! Не было у него сына. Каково царю без сына-то? Куды ни кинь, сын надобен! И стал тогда молиться Даниил, и по молитвам его родился у царя мальчик. Инок переславский крестил его в своей обители, которая тем временем выросла на святом холме. И назвали мальчика Иоанном…

– Это был царь Иоанн Грозный? – перебивал тут Даня. – Почему же у святого инока крестник был такой страшный?

– Не сразу он страшным-то стал! – крутил головой дед Сысой. – Кто Казань воевал? Кому матушка наша Казанская заступница помогала? Это потом бес в него вселился, и стал царь народ губить… По грехам нашим…

– А святой Даниил?

– Чтобы не смотреть на непотребство, вырыл себе в холме ход подземный и прятался в него, когда слышал, что царь к нему едет. Проберется под землёй на берег Трубежа, на плес у Плещеева озера – и молится в тишине.

– Посмотрит-посмотрит – и поедет восвояси.

– Дедушка, а ты сам-то этот ход видел?

– В молодости помню – супротив ворот Данилова монастыря плита лежала железная. С крестами, с буковками. Говорили, что это и есть дверь в подземный ход.

– А где она сейчас?

– Да все травой заросло.

– Травой – наверху, а ход-то внизу остался?

– Кто ж его знает, милок. Может, и остался, может, землёй завалило… Отец мой однажды в такой ход провалился, чуть ногу не сломал.

– Не, это в другом месте, в Рыбачьей слободе. Ходов этих тут было много. Вот намедни сели у купчихи Гладковой чай пить в нижней горнице, а с-под-стола как забьет водяной ключ! Разом снесло и стол, и самовар, и чашки-баранки. Стало быть – какой-то ход был, по нему вода и пришла…

Но Даня уже не слушал: задумался о своём. А что, если в траве на склоне напротив монастырских ворот пошарить – вдруг что найдется?

Раньше бы он в два счета туда дошлёпал. Теперь – нет, не разрешают! Убежать тайком, без спросу? Придётся. Только вот страшновато – вдруг заплутаешь, дорогу не найдёшь? Глаза-то, ставшие тяжёлыми, и вправду видели всё хуже. Знакомые предметы – ковшик, полотенце, тарелка – расплывались. А те, что подальше – и вовсе сливались в смутное, тревожное, незнакомое.

Даня не знал, у кого искать помощи. Деду Сысою он свои замыслы не доверял, родным – опасался. И решил мальчик попросить своего святого покровителя, преподобного Даниила Переславского.

Молился по утрам своими словами, сидя у дома на завалинке. А вокруг кипела чужая теперь жизнь, где различал он только бело-синее, золото-зелёное с жёлтыми крапинами одуванчиков.

И вдруг среди цветной мути выросла чёрная фигура. Высокая и неподвижная, стояла она посреди летнего дня. Потом её заслонила подъехавшая коляска, и фигура исчезла.

Даня устыдился: не по делу он потревожил Даниила Переславского! Не молиться ведь собрался в монастырь – ходы искать… Побежал к бабушке, спросил, как читать тропарь преподобному Даниилу.

На следующий день фигура на том же месте появилась снова. И все повторилось: подъехала коляска, вздохнула лошадь, фигура пропала.

А на третий день дед Сысой рядом оказался. И всё пошло наперекосяк: сначала долго никого не было, потом на том месте, где Даня ждал монаха, проехала коляска. И дед Сысой простым таким, домашним голосом окликнул кучера:

– Кого теперь возишь, Влас?

– Да доктора нашего самого главного, – прогудело от коляски. – Ляксандр-то, кучер земской, по пальцу себе топором саданул после именин…

– В больницу земскую, стало быть, направляетесь?

– Не, сегодня в Данилов монастырь. Там отец эконом занемог…

Даня тут быстро смекнул и в два счёта оказался рядом с коляской и пристроился к задней перекладине между колесами. Коляска чуть дрогнула, присела под пассажиром, двинулась вперёд. Даня изо всех сил вцепился в перекладину и молился только, чтоб дед Сысой его не заметил. А дальше уже пошло легко: заплескалась вокруг него нарядная, в солнечных пятнах Симеоновская улица, ударили золотом по глазам кресты Владимирского собора, защекотали лицо прохладные тени лип и тополей. Коляска шла ровным плавным ходом, ей все уступали дорогу. Даня перестал бояться, что упадет.

Вот это называется помочь так помочь! И ничего, что не сам инок Даниил явился за ним – прислал коляску с доктором.

Святого не каждый удостоится увидеть, бабушка говорит. Надо сердцем быть чистым. А у Дани грешков много, он это хорошо знает. Но всё же по его молитве, пусть и нескладной, небесный покровитель на коляске доставил к монастырю!

Даня поторопился спрыгнуть на землю раньше, чем выйдет доктор. Но тот заметил его и посмотрел, прищурившись, так что у мальчика душа в пятки ушла. Однако ничего не сказал, и, положив широкий крест, вошёл в ворота монастыря. Даня смотрел, как громадная фигура в чёрном сюртуке широкими шагами пронеслась под старыми липами – и вправду на монаха похож. Даже в игре теней над светлой его головой почудился мальчику монашеский клобук. Засомневался Даня: а вдруг всё-таки сам инок его сюда привёз?

И шмыгнул в разнотравье на склоне, пока Влас не заметил.

Шарил в пыли, глине и сопревшей траве, заглядывал под широкие прохладные ладони лопухов, осматривал крупные камни, притаившиеся в цветущем разнотравье. Не было ничего похожего на дверь! Давно уехал экипаж с доктором, зазвонили в монастыре к поздней обедне, послышались голоса богомольцев. Даня всё искал. Когда народ рассеялся, мальчик поднялся к воротам монастыря, там осмотрел вытоптанную, гладкую и твёрдую как пол землю. Там и смотреть было нечего – земля и земля. Пошёл Даня вдоль крутой стены, где была обкошена трава: каждый валун обшаривал, на какие хватило сил – переворачивал. И под одним валуном нашёл старинный ключик, полузалепленный глиной, весь в ржавчине. Даня поплевал на него, потёр – на кольце что-то похожее на буковку появилось. Мальчик обрадовался, сунул ключ в карман. Дома рассмотрит получше. Может, от той самой двери?

На склоне ещё много камней, ложбинок, зарослей. Вдруг среди них дверь-то и спрятана?

Тут от монастырских ворот мальчика окликнули. Хиония Ниловна с обедни возвращалась и острыми своими глазами заметила знакомую фигурку. От неё Дане здорово попало, что самовольно по городу путешествует. С ней же и домой возвратился. Было уже не страшно, что вместо улицы бело-золотое-зелёное. Он видел перед собой тёмненький в цветочек рукав просвирни, её белую, иссечённую морщинками руку с широким кольцом на среднем пальце. Хиония Ниловна шествовала плавно и уверенно, держала мальчика за руку. По дороге всё расспрашивала про глаза.

– Нельзя тебе одному по городу шастать! – отчитывала она Даню. – А ну как под лошадь попадёшь или заплутаешься?

– Кого-нибудь Бог пошлёт…

– Хорошо, что ты покровителю своему поклониться пришёл, – продолжала Хиония Ниловна. – Сам решился или кто надоумил? Я уж за тебя замолвлю дома словечко, чтобы не сильно ругали, дело-то благое…

А Даня и забыл зайти в монастырь, приложиться к прохладной раке, где почивал под мантией святой инок! Не тем был занят… Мальчику стало стыдно, и он ничего не ответил.

– Небось все всполошились, куда ты подевался?

Но дома были заняты совсем другим.

Маманино горе

Маманя с бабушкой сидели, закрывшись в горнице, о чём-то спорили. Хиония Ниловна тоже туда скользнула. Заходила ходуном ситцевая занавеска между комнатами, женские голоса затолкались под низким потолком. Даня, обрадованный, что его отсутствия никто не заметил, зачерпнул ковшиком воды из ведра, стоявшего на скамеечке в сенцах. Но через сердитый шёпот, оханье и причитанье маманя вдруг ясно простонала:

– Что делать, когда Даня – почти слепой, а Фёдору не сегодня-завтра повестка придёт? Война ведь идёт, мамаша!

– Да у него же бронь?

– Сегодня бронь, а завтра уволят – и нет брони! Слыхала, уже его ровесников призывать начали? До детей ли тут? Уже есть двое…

– Ты чего говоришь-то?! – взметнулся голос Хионии Ниловны. – Как такое удумала?

Даня не слушал дальше: настолько его поразили слова: «почти слепой». Он испуганно дотронулся до стены с торчащим между бревен белёсым мхом, до полотенца на гвоздике: нет, всё он видит! И иконку маленькую Николая Чудотворца у притолоки, чуть поблескивающую, и завернувшийся половичок. А что за окном расплывается бело-золотое-зелёное, так к этому он привык.

– Грех это страшный! – возвысила голос Хиония Ниловна. Бабушка Акулина Егоровна тихо ответила:

– Всё верно, да Господь милостив…

– Грех, грех несмываемый, смертный! Опомнись!

Даня замер с перепугу. Ему показалось, что в горнице, за занавеской, притаилось что-то страшное, бесформенное, о чём раньше никто не знал. Если это не прогнать – он вконец ослепнет. Какой-то грех прячется в комнате.

– Фёдора, может, спросить? – робко произнесла бабушка. – Да стыдно…

– Он прорычит – «бабьи дела»! – плачущим голосом отвечала маманя. – Он руку вчера прессом поранил, с работы его пригрозили уволить, не до меня ему! Сама я этот грех на себя возьму, сама! Куда же нам ещё одну тяжесть…

Ничего Даня не понял. Но от маманиного голоса стало ему совсем плохо. Как будто ей руку или ногу прищемили, или тяжесть какую непомерную навалили на спину, и из-под этой тяжести она жалуется.

Он пошёл поскорее на улицу, чтобы забыть то, что слышал. На пустыре ребята играли в лапту. Даня тоже хотел научиться. Брат Санька был отменный игрок и обещал показать ему приёмы. Дане нравилась бита – белая, вкусно пахнущая деревом, ложилась она тяжело и ласково в руку. Да только теперь уже ничего у него не получится – не разглядит Даня, куда метить. Поэтому остаётся сидеть на груде брёвен на краю пустыря и смотреть. Слушать, как кричат то сердитые, то ликующие мальчишки. Иной подбегал к нему, чтобы глотнуть из жбанчика кваса, спрятанного между лопухов, утирал рукавом раскрасневшееся лицо и перебрасывался с ним парой слов. И так хорошо было, пока Петька с Рыбачьей, отходя, не бросил:

– Жаль, ты не видел, как я им вмазал. Ты ведь слепенький теперь…

Даню как крапивой ожгло. Вскочил и пошёл, глотая едкие слёзы. Даже то, что близко, расплылось и закачалось.

Даня достал из кармана ключик, послюнявил его, рассмотрел непонятные значки, выделявшиеся на ржавом металле. И стал мечтать, как найдёт он дверь и уйдёт в подземные ходы, где темно и тихо, и никто его уж слепеньким называть не станет… Ключик на всякий случай засунул в старое куриное гнездо, там никто искать не будет.

Следующие дни в доме будто тёмным завесили все окна. Отец, и без того молчаливый, ходил туда-сюда, нянчил свою руку в тряпице. Маманя говорила тонким притворным голосом, от которого Дане было ещё страшней, чем от её жалоб в горнице. Бабушка Акулина Егоровна тяжело-протяжно вздыхала. Потом снова появилась Хиония Ниловна и твёрдо заявила:

– В больницу вашего Даниила надо вести. Там доктор из глаз бельма вырезает.

– Ещё чего?! – маманя заговорила своим обычным голосом, схватила в охапку, прижала Даню к животу. Запах её ситцевого платья и чего-то кисловатого был такой, как всегда. Как будто всё вернулось на свои места.

– Не дам я своего сыночка колоть-резать! – крикнула маманя. – Глазки его золотые… – и стала Даню целовать, обслюнявила всего. Он хотел вырваться, а она и сама вдруг оттолкнула его, отошла в сторону, как будто что-то пряча под фартуком.

– Дура ты, Груня, – отвечала Хиония Ниловна. – Может, и резать не придётся? А ежели придётся – значит, надо! Богомольцы рассказывают: в Курской губернии за доктором этим слепцы хвостом ходили, а одному с рождения слепому он очи отверз, – Хиония Ниловна значительно замолчала.

На Даню вдруг пахнуло божественным каким-то холодком: «очи отверз»! Такое батюшка из Евангелия читает. Маманя тяжело дышала, пригорюнившись. Думала.

– Боязно как-то, – наконец выговорила. – Бог сам исцеляет, кого хочет.

– Не тебе говорить! – обрезала её Хиония Ниловна. – Господь руки врачующих благословляет.

Маманя заплакала тихонько, жалостно.

Зашёл отец и хмуро сказал:

– Ниловна дело говорит. У нас на складе рабочий из Фатежа работает, сказывал – доктор этот многим глаза вылечил.

Ну, раз папаша велел, спору быть не может.

Повели Даню к самому главному доктору.

В больнице

Даня ждал на крыльце, пока Ниловна и бабушка сидели в очереди в приёмном покое. Луг расстилался прямо за больницей, а дорога к ней вела мимо мохнатого от трав оврага. И там могли быть ходы, хорошо бы поискать, полазить. Только не пустит никто, а издали не разглядеть.

У крыльца же рост куст колокольчиков: небесно-лиловые раструбы, в них копошатся разные козявки, ножками перебирают. Мушки умывались, мотыльки замирали прозрачной тенью на стебле. А когда сел на цветок шмель, прогнулся под ним лепесток, как диван под купцом Павловым. Вся эта мелкая жизнь мальчику была понятна и радовала своей простотой.

В покой Даня не хотел. Там стоял плотный человеческий дух, шёпот тревожный носился. Низко, утробно стонала какая-то женщина, бормотал увечный старичок, а самое главное – сидел с матерью мальчик-подросток с широко открытыми, невидящими глазами. Как будто показывал Дане, каким он может стать.

Потом ввалились ещё три тётки, одна из них ногу на покосе порезала, из-под намотанной тряпки кровь проступала страшновато-быстро. Тётки стали спорить, кто же виноват. Голоса их, сильные, резкие, как полевой ветер, не умещались в комнате.

И вдруг всё стихло: и стоны, и чтение псалма, и спор, и шелест-бормотание мальчика. Как птицы умолкают перед грозой. Потом Даня услышал, как доктор басом сказал несколько слов, и сестра увела женщину с перевязанной ногой.

Мальчик ждал своей очереди со страхом: вдруг доктор вспомнит, что он на его экипаже зайцем катался? И не станет лечить?

Даня почти потерял голос, когда оказался в пустой, сверкающей белизной комнате, где непривычно пахло, а напротив окна ворочалась большая белая фигура доктора со вздыбленным ёжиком светлых волос на голове, с блескучими очками. Усадили нового больного на высокий стул, ноги болтались в воздухе. Мальчик ёрзал и смотрел в пол.

Как сквозь сон Даня слышал, как доктор расспрашивал бабушку о том, как в семье едят, умываются, как стирают полотенца. Странные какие-то вопросы! Его-то больше занимали блестящие штучки на столе – с носиками и круглыми ручками, с крохотными лезвиями, со стёклышками толстыми, от которых роились солнечные зайчики на полу и на стене.

Потом лицо мальчика оказалось в ладонях сестры, а доктор склонился над ним с одним из стёклышек в руке. Даня удивился – зачем ему стёклышки, если у него очки? Потом по лицу мальчика мягко прошлись сильные пальцы, запрокинувшие подбородок, уверенно завернувшие веки, словно это были лепестки цветка. Дане казалось, что из его лица теперь можно вылепить что угодно – податливое оно, как размятая глина. А тяжесть и песчинки в глазах вдруг пропали.

Потом оказалось, что сидит он на стуле, а доктор теперь осматривает бабушкины глаза. Бабушка смущалась и хихикала, как девица, говорила тихонько:

– Мне-то уж теперь всё равно, мне только к другой жизни готовиться. Всё, что нужно, я на этом свете повидала…

– Всё верно, – то ли сам себе, то ли бабушке сказал доктор и сел за стол что-то писать. Выдал бабушке бумажку беленькую с синими непонятными буквами. А также велел, чтобы маманя к нему пришла.

Читайте так же:

  • Что делать если после родов мучает запор Как лечить запор после родов По своей природе беременность и роды — это сложные жизненные этапы, во время которых женскому организму приходится сталкиваться с большими нагрузками и разными […]
  • Что делать если зарос пирсинг на губе как избавиться от шрамов после пирсинга губ?помогите. Всем привет!Год назад проколола губу. Примерно через 5 месяцев штангу пришлось снять.В настоящее время дырочка конечно немного […]
  • Что делать если не работает радио в самп Нету звука в игре,и не играет в сампе 1 | Вполне возможно что у вас "слетели" звуковые драйвера - попробуйте их обновить. 1.1 | После обновления драйверов перезагрузите […]
  • Что делать если поймал вирус и компьютер не включается Поймал вирус,не запускается комп. Здравствуйте!19 сент. подхватил вирус «DA_VINCI_CODE» ,узнав позже по зашифрованным подписям и блокноты в папках на дисках,ладно таолько некоторые папки […]
  • Что делать если ноги разной длины у взрослого Почему одна нога короче другой, причины и лечение Cодержание статьи: Разная длина ног: причины и лечение Разная длина ног – довольно распространенное явление: синдром короткой ноги […]
  • Что будет если ребенок разгрыз батарейку рабенок разгрыз мизинчиковую батарейку разгрыз до черных внутренностей. проглотить вроде ничего не успел, но крупинки черного были во рту. рот промыла+руки. это страшно? Эксперты […]

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *