Традиция пить у русских

Традиция пить у русских

В разных странах существуют свои, особые питейные традиции и излюбленные напитки. Среди жителей России наибольшей популярностью пользуется водка. Причем, ее не принято употреблять маленькими глотками. Согласно устоявшемуся в народе обычаю, 200-граммовый стакан «сорокоградусной» непременно нужно выпивать залпом. Откуда же взялась эта традиция?

Как принято пить водку?

Возникает парадокс. С одной стороны, в компании подвыпивших друзей нельзя цедить водку маленькими глотками: «Что ты, не мужик что ли?» А с другой стороны, если быстро опьянеть до состояния «лицом в салат», насмешек тоже не избежать. Собутыльники скажут, что ты не умеешь пить.

Выходов из этого тупика только два:

Отказаться от попойки с друзьями, соседями, родственниками или коллегами, что чревато общественным порицанием («Ты нас не уважаешь?»)

Подготовиться к мероприятию заранее.

Разумеется, никто не хочет отрываться от коллектива. Поэтому второй вариант выбирает большинство людей. Порядок действий прост. За три часа до застолья нужно выпить 100 граммов водки, чтобы «настроить» организм на переработку алкоголя. За час-полтора – плотно поесть жирную пищу, но не стоит в этом слишком усердствовать. За полчаса лучше принять активированный уголь (пару таблеток). Вы готовы.

Взяв в руку стакан, глубоко выдохните и буквально влейте с себя все его содержимое залпом. Теперь можно снова вдохнуть и выдохнуть. И сразу же плотно закусите. В компании вас тут же зауважают, вы докажете всем свою мужественность. Правда, это неизбежно скажется на здоровье. Но одобрение социума для любого человека важнее медицинских запретов.

Интересно, откуда в России взялась традиция пить водку залпом? Если уж приходится так делать, хотелось бы знать: почему?

Иван Грозный: не закусывать!

Знаете, какой самый простой способ быстро пополнить государственную казну, чтобы нашлись средства на милитаристские цели? Правильно, ввести государственную монополию на производство и сбыт алкогольной продукции, а также повысить цены. Этим нехитрым способом частенько пользовались все русские правители.

Особенно отличился на данном поприще царь Иоанн IV Васильевич (1530-1584 гг.), не случайно прозванный Грозным. Он взял и одним указом запретил корчмы. Это были такие учреждения общественного питания, где можно недорого и вкусно поесть, встретиться с друзьями, выпить медовухи или вина. В таких заведениях часто играли музыканты, люди культурно проводили свой досуг, а напиваться водкой принято не было.

Иван Грозный отдал право на производство и сбыт алкоголя своим опричникам. Те решили сделать упор на крепкие напитки, практически запретив крестьянам и посадским людям (основной массе населения) готовить и употреблять домашнее вино и медовуху.

Первый «царев кабак» появился в Москве в 1552 году. А еще через три года во все подконтрольные регионы поступило распоряжение Ивана Грозного об открытии кабаков. Заведения, пришедшие на смену традиционной корчме, отличались в худшую сторону: здесь пили, не закусывая.

Казенный алкоголь по завышенным ценам в кабаках продавали опричникам, простым горожанам и крестьянам. Дворяне и священнослужители в такие учреждения не ходили, ведь царь им позволил готовить хмельные напитки для личного пользования на дому.

Все это было сделано для увеличения доходов казны, а держателям кабаков, которые назначались на эту должность местным начальством, «сверху» спускали план: сколько денег необходимо выручить от продажи казенной водки и сдать в доход государства.
Естественно, вынужденные пить, не закусывая, люди быстро пьянели, становились алкоголиками.

Но любые запретительные меры неизбежно вызывают в народе противодействие. Так, отвечая на возникший спрос, некоторые предприимчивые купцы начали подпольно торговать выпивкой. Поскольку частное производство и реализация алкоголя были строго запрещены, желающие пили нелегальное спиртное в лавках и на рынках очень быстро, чтобы не попасться на глаза тем же опричникам.

Тогда некоторые жители Руси и начали ценить умение залпом опрокинуть в себя стакан «сорокоградусной». Впоследствии нравы смягчились, при Екатерине II Алексеевне (1729-1796 гг.) государственная монополия на алкоголь была упразднена, но традиция пить залпом прочно укоренилась в народе.

Александр III: с оглядкой на городового

Еще одну масштабную кампанию, направленную на увеличение доходов российской казны, организовал император Александр III Александрович (1845-1894 гг.). Перед своей кончиной он подписал указ о введении государственной монополии на производство и сбыт алкогольной продукции, как и Иван Грозный.

На такой шаг императора подвигнул уважаемый сановник Сергей Юльевич Витте (1849-1915 гг.), занимавший тогда пост министра финансов и ратовавший о пополнении средств казны. Запрет на производство и продажу водки частным предпринимателям чиновники из правительства объясняли заботой о народе, необходимостью борьбы с алкоголизмом.

Сменивший отца на троне Николай II Александрович (1868-1918 гг.) поддержал идею министра финансов С.Ю. Витте. Монополия на алкоголь стала одним из наиболее мощных источников роста бюджета Российской империи.

Как это водится, стоимость казенной водки значительно возросла. Во всех крупных городах страны были организованы комитеты попечительства о народном отрезвлении. Это были аналоги областных и районных обществ трезвости, организованных во второй половине 80-х годов ХХ века по инициативе тогдашнего руководителя СССР Михаила Сергеевича Горбачева.

Впрочем, «сухого закона», введенного в годы перестройки, при царе Николае II не случилось. Хотя ставшие уже привычными кабаки были закрыты, как рассадники алкоголизма, продажа крепких напитков осуществлялась. В специальных казенных лавках водку можно было приобрести в закупоренной таре, на вынос.

Многие мужчины не могли распивать спиртное дома, ведь там строгие родители, тесть с тещей или авторитетная супруга, которая и скалкой может отходить за такое дело. Вот и приходилось желающим делать это прямо на улицах: в закутках, за углом, в подворотнях. Поскольку такие возлияния являлись нарушением общественного порядка, полицейские зорко следили за мужиками, купившими алкоголь. А те просто были вынуждены, как при Иване Грозном, употреблять быстро, чтобы не попасться городовым за распитием водки.
Этот обычай еще больше укрепился в нашей стране.

Хотя некоторые историки считают антиалкогольную кампанию, начатую Александром III по инициативе министра финансов С.Ю. Витте, во многом полезной для россиян, ведь запрет кабаков, на смену которым пришли трактиры, все же был благим делом.

Получается, что традицию пить водку залпом в России ввели «сверху». Царские власти так боролись с алкоголизмом, что умудрились при этом споить значительную часть народа и пополнить государственную казну, заодно.

Русские водочные традиции

«После первой не закусывают»

До монополизации производства водки в 1895 году пили в России намного меньше, чем во многих европейских странах.

Это значит, что не стоит после водки пить спиртные напитки с меньшим содержанием алкоголя. Как ни странно, в этом есть определенный смысл. Каждый спиртной напиток вызывает собственную форму опьянения, обусловленную крепостью и органолептикой напитка. Состав напитка определяет скорость всасывания спиртного в кровь и процесс расщепления алкоголя в организме. Смешивая спиртное, человек теряет возможность контролировать собственное состояние.

В СССР водку не рекламировали, а её изображения можно было встретить преимущественно на антиалкогольных плакатах и в карикатурах

«Не наливать через руку»

«Пустые бутылки на стол не ставят»

Причина, по которой пустым бутылкам на столе не место, одна: на столе не оставляют пустую посуду, чтобы она не мешала гостям, а стол не производил впечатление бедного. Когда в доме был праздник, к нему готовились загодя, а на стол выставлялось всё самое лучшее и в огромных количествах. И блюда добавлялись до тех пор, пока гости были в состоянии есть и пить.

«Не менять руку во время застолья»

Кто начал разливать — тот и продолжает. Тут нет никаких суеверий: разливает водку, как правило, самый авторитетный участник застолья, чаще всего — хозяин дома. Одному человеку проще контролировать ритм действа, следить за состоянием гостей и смотреть за тем, чтобы никого не обидеть в процессе. Если разливать будут все подряд, компания быстро распадётся на несколько групп, и начнется обычная пьянка без дополнительного смысла.

Разумеется, это не все русские водочные традиции и правила из тех, что появились в XX веке и прижившиеся в народе. Если вы знаете ещё какие-то — поделитесь в комментариях.

Когда-то водку продавали только в «царевых кабаках» — монополия на производство и продажу водки принадлежала царю. В этих кабаках еду не предлагали, и на вынос водку не продавали (только оптом, вёдрами). Поэтому в те времена русские не закусывали не только после первой, но и после последующих.

Чтобы жидкость направленно выплеснулась из одного сосуда в другой, удар должен быть очень крепок, а емкость объёмна. Можно бить таким образом оловянными или деревянными кружками, но не хрусталем и не стеклом. Да и в целом звучит это очень глупо.

Это «правило» — целиком из советского быта алкоголиков, когда желающие выпить покупали «на троих» бутылку водки и распивали её где-нибудь в подворотне, подальше от глаз милиции и прохожих. Наливать навесу и впопыхах — верный способ разлить «драгоценную» жидкость, а значит, достанется меньше и придётся искать деньги, чтобы купить ещё. Других причин не разливать водку на весу нет.

Версия о том, что таким образом русские казаки в Париже 1814 года обманывали французских официантов, составлявших счёт по количеству бутылок на столе, не выдерживает никакой критики. Это, как минимум, неуважение к французским официантам и русским казакам: одни представлены идиотами, а другие — мелкими жуликами.

Заключение

Русские водочные традиции породили много правил, которым свято следуют, и которые своей нелогичностью способны свести с ума иностранца. Многие из этих питейных традиций вредны, а незнание некоторых может стать угрозой для вашей безопасности. Давайте разберем их последовательно.

Традициям употребления водки не так много лет: все они появились начиная с середины XX века, и так или иначе обусловлены советским бытом и культурой. И по справедливости, стоит назвать их «советскими», а не русскими. Сегодня большинство этих водочных правил и традиций — пережитки прошлого, с которым давно пора расстаться.

Одна из самых вредных традиций, возникших под влиянием литературы и кинематографа. В рассказе Шолохова «Судьба человека» главному герою, военнопленному в лагере, перед расстрелом предлагают стакан шнапса (немецкий самогон). Он отказывается от закуски, чтобы показать врагу свою стойкость и силу. Если вы пьёте не перед расстрелом, не надо демонстрировать окружающим свои богатырские качества. Закусывайте!

Необходимость произносить тост и «чокаться»

Чаще всего это ритуальное действие объясняют тем, что таким образом при ударе жидкость из рюмок попадает из рюмки в рюмку. Таким образом вы якобы показываете, что не пытаетесь отравить собутыльника. Автор этого горячечного параноидального бреда неизвестен, но теория прижилась.

«Не понижать градус»

Как же так? Ведь официанты в ресторанах так делают, и ничего. Но что годится в ресторанах — не пройдёт в веселой компании. Наливая через руку, человек при этом делает жест, считающийся неприличным, как бы выражая своё негативное отношение к собутыльникам. Стоит ли говорить, что в «подогретой» компании кто-то обязательно почувствует себя оскорбленным?

«На весу не наливают»

Традиция «соображать на троих» появилась во времена Н.С. Хрущева и продержалась до антиалкогольной кампании времен М.С. Горбачева.

История и образ кабака и трактира в русской культуре. Ч. 2. О русском пьянстве: предрассудки, грустная действительность или глубокая традиция

Вторая часть статьи о питейной культуре в России посвящена обзору свидетельств европейских путешественников и российских архивных материалов о традиции пьянства в нашей стране. Делается вывод о том, что пьянство в России носило в основном ритуальный характер. Вопреки устоявшемуся стереотипу, русские люди массово употребляли алкогольные напитки во время народных гуляний, а в повседневности пьянство не было широко распространенным явлением.

Ключевые слова: русское пьянство, национальный характер, традиции и обычаи, народные праздники, антикультурный феномен, социальное явление.

The second part of the article about drinking culture is devoted to the review of opinions of the European travelers and Russian archival materials about the drinking tradi-tion in our country. It is concluded that drunkenness in Russia mainly had the ritual character. In spite of the embedded stereotype, the Russian people drank alcoholic bev-erages during people’s festivals, but in everyday life drunkenness was not widespread.

Keywords: Russian drunkenness, national character, traditions and customs, people’s festivals, anti-cultural phenomenon, social phenomenon.

Распространенным является мнение о необоримой страсти русских к спиртному. Полемика по поводу этого тезиса традиционно развивается в двух направлениях: с одной стороны, статистические данные о количестве потребляемого алкоголя, с другой – наблюдения и свидетельства современников и иностранных путешественников, не совпадающие со статистикой. Вторая дорога уводит уже в специфику национального самосознания и проблему культурных форм ее проявления. Каждый народ ассоциируется с определенными качествами и добродетелями. Самоидентификация вообще нуждается в сильных и выразительных доказательствах непохожести одного этноса на другой. В этом смысле склонность к потреблению спиртных напитков тоже может рассматриваться как отличительная черта того или иного народа. Литература свидетельствует, что все европейские народы подвержены искушению алкоголем, но каждый пытается реабилитировать себя, осуждая других (о пьянстве в Европе см.: Flandrin 1983).

Если судить по описаниям иностранных путешественников, то окажется, что среди европейских народов именно русские отличались непомерной тягой к спиртному. А. Олеарий писал о том, что нигде нет такого пьянства, как в Московии (Olearius 1727). По его же свидетельству, «женщины так же напиваются, как и мужчины» (Ibid.: 18). О пьянстве женщин и даже детей мы читаем у Жана Струиса, посетившего Московию в 1668 г.: «Водку пьют мужчины и женщины в любое время. Пьют водку с перцем или без даже дети, не делая гримас, женщины тоже пьют не церемонясь, у всех на виду» (Struys 1681: 124). Иными словами, иностранцев поражали, на их взгляд, устрашающие размеры пьянства среди русских. Именно в этом и заключались непохожесть и отличие России от более умеренных европейских нравов. В глазах иностранцев пьянство уже с давних времен стало основной характеристикой русских. Еще во второй половине XVI в. П. Петрей писал: «. кто не пьет лихо, тому нет места у русских. Оттого у них в употреблении и поговорка, когда кто на их пиру не хочет ни есть, ни пить, они говорят тогда: “ты не ешь, не пьешь, не жалуешь меня”, и очень недовольны теми, которые не пьют так много как им хочется. А если кто пьет по их желанию, тому они доброжелательны, и он их лучший приятель» (Петрей 1867: 365). Особенно впечатляли иностранцев сцены пьяного разгула в праздничные дни. 16 декабря 1664 г. в Пскове голландец Николаас Витсен записал в своем дневнике: «Был день Николая Люди шли по улицам, крестились и молились, перед иконами зажигали свечи остаток дня они проводят в чрезмерном пьянстве Я вышел на улицу из любопытства и видел, что весь народ пьян, и мужчины и женщины» (Витсен 1996: 61, 75). По мнению иностранцев, невоздержанность у русских проявлялась во всем, не только в потреблении алкоголя: «. В пище они крайне невоздержаны , а в чувственных удовольствиях и пьянстве могут потягаться с кем угодно » (Рейтенфельс 1997: 348). По мнению Астольфа де Кюстина, «невоздержанность достигает здесь таких пределов, что, например, один из самых популярных людей в Москве, любимец общества, ежегодно недель на шесть исчезает неизвестно куда. На расспросы о его местопребывании отвечают: “Он уехал покутить и попьянствовать” – и такой неожиданный ответ никому не кажется странным» (Кюстин 1991: 596). Пьянство в глазах цивилизованного и образованного европейца оказывалось единственным развлечением, скорее даже забвением для «низшего класса», «так как у низшего класса народа в этом государстве нет всеоживляющего и подстрекающего двигателя – самолюбия, нет желания возвыситься и обогатиться, чтобы умножить свои наслаждения, то ничего не может быть однообразнее их жизни. ограниченнее их нужд и постояннее их привычек» (Сегюр 1989: 328). В 1838 г. Астольф де Кюстин писал: «Величайшее удовольствие русских – пьянство, другими словами – забвение. Несчастные люди! Им нужно бредить, чтобы быть счастливыми» (Кюстин 1991: 504, 588). Иными словами, с давних времен у иностранного наблюдателя сложилось мнение, что у русских «пьянство в их природе, пьянство их наслаждение» (Тубервиль 1990: 259).

Собственно, мнение, что русские чрезмерно увлекаются водкой, с легкостью воспринялось и утвердилось в сознании самих русских. Пьянство воспринималось в России одновременно как порок и как специфическая форма добродетели, философски доказывающая и эстетически аргументирующая сложившиеся к середине XIX в. особенности национального русского характера – известные всем широту души, добросердечие и вселенскую тоску по идеалу. Ф. Достоевский писал: «В России пьяные люди у нас самые добрые» (Достоевский 1958: 259).

В действительности многочисленные тексты, осуждающие пьянство, отражали только одну сторону действительности. Пьянство как социальное явление вообще может восприниматься и оцениваться по-разному в зависимости от существующих в каждом обществе традиций. Поэтому неудивительно, что наравне с пословицами, осуждающими пьянство: «Пить до дна – не видать добра» – ср. «Пей до дна, а на дне добро» (Снегирев 1995: 321), «Пьянство до добра не доводит» (Пословицы… 1961: c. 33), «Дали вина, так стал без ума» (Снегирев 1995: 82), «Кто пьет много вина, тот скоро сойдет с ума» (Там же: 193) – ср.: «Пей – да ума не пропей», «Кто чарки допивает, тот веку не доживает» (Там же: 197), «Потерял честь хмелем» (Там же: 335) и т. д., – существует ряд пословиц с ровно противоположным содержанием. Пьянство связано с удовольствием: «Не пить, так на свете не жить», «Та выпьемо, сердце, тут, на тим свете не дадут» (Иллюстров 1915: 421). Пить не недостаток и не порок: «Пьян да умен – два угодья в нем», «Пьян об угол не ударится», «Пьяница проспится, а дурак никогда» (Пословицы… 1961: 33, 45). Через совместное распитие алкоголя поддерживаются социальные контакты: «Пьянство в ремесле не товарищ, а в могорце большой» (Там же), а пить до дна вообще сулит благополучие и долгую жизнь: «Выпьем до дна, щоб не було ворогам добра», «Выпьем по повний, щоб наш вiк був довгий» (Иллюстров 1915: 422). Вообще в русской традиции пить до дна считалось обязательным. Во время угощения на крестинах хозяин наливал полный стакан водки, чтобы было полно, то есть благополучно в доме (здесь лексически отмечена связь между полнотой стакана и символической полнотой дома: ср. выражение «дом – полная чаша»). Выпив водку, каждый должен был покатить стакан по столу – «не оставляли зла в стакане» (остатки спиртного осмыслялись как «зло» – знак недоброжелательства). Недопивать и недоедать в гостях не разрешалось: иначе хозяину «зло» оставляешь: «Пирог ешь, хозяйку тешь, а вина не пить хозяина не любить» (Там же: 420). Также важен в русской застольной культуре (и не только) обычай «пить за здоровье», который, по всей вероятности, имеет мифологические истоки. По-видимому, ритуальным прообразом заздравной чаши является питье в честь божества. Характерно, что пьют именно за здоровье другого человека, а не за свое собственное: «Пьют для людей, а едят для себя» (Там же: 419). В принципе, необходимость равного причащения к спиртному напитку объясняется так же, как потребность делиться пищей и угощать гостей, – представлением о том, что пища и питье исходят от родовых богов и принадлежат всему роду в целом (Байбурин, Топорков 1990: 149). В этом контексте свидетельство П. Петрея о русском пире полностью соответствует существующей в русском обществе традиции распития алкоголя. То же касается и описания праздничного веселья в путевых записках Н. Витсена.

Материалы конца XIX в. красноречиво свидетельствуют о том, что традиция чрезмерно пить в праздник с течением времени не утратила своего значения. Если с православной точки зрения праздник предполагает посещение церкви, молитву, то народный идеал праздника включал буйное веселье, излишества в еде и питье. Начиная с XI в. церковь выступает против пьянства, причем видит в нем не только бытовой порок, но и двоеверное служение богам. Церковная оценка пьянства как бесовского, антихристианского поведения способствовала сохранению его языческой символики и, в свою очередь, влияла на народную традицию. Поговорки «Для праздника Христова не грех выпить чарочку простого», «Кто празднику рад, тот до свету пьян», «В субботу на работу, в воскресенье на веселие» (Иллюстров 1915: 419) полностью подтверждаются свидетельствами из реальной жизни: «Крестьянин считает священной обязанностью напиться пьяным в праздник еще до обедни (курсив мой. – П. Т.)» (АРЭМ. Ф. 7. Д. 517 [Калужская губ. Калужский у. 1899]). Информант из Вологодской губернии писал: «Употребление пива, водки не есть обыденное явление, оно связано главным образом с праздниками. Беда в том, что мужик не умеет умеренно пить. Пьет до такой поры пока не упадет» (Там же. Ф. 7. Д. 173 [Вологодская губ. Грязовецкий у. 1899]).

Вообще в русской традиции пьянству придавалось героическое значение. В старинных песнях доблесть героя измерялась способностью перепить других и выпить невероятное количество вина (Славянский… 1987: 218). Чтобы достать корону, герой сказки ничего не просит: «Мне денег не надо, а дай мне волю на двенадцать дней в каждом кабаке пить вино» (Бурцев 1895: 2).

В этом смысле, по всей видимости, не случайным является тот факт, что в крестьянском быту особенно похвальным считалось пьянство для парня. Корреспонденты Калужской губернии писали: «Парень в очень редких случаях присуствует на общих гуляньях и посиделках трезвым. Обыкновенно такие выгоняются из собрания, пьяному же всегда честь (здесь и далее курсив мой. – П. Т.). На другой день пьяному рассказывают про его подвиги, чем больше он буйствует и пьянствует, тем он славнее. В трезвом виде, для всякой славы парни лично передают девкам о своих подвигах, рассказывают как они пили водку в таком-то кабаке, потом у такого-то мужика, как накануне дрались и разошлись не помня себя. Со своей стороны сами парни стараются по возможности обхаживать больше деревень в пьяном виде для показа. Тоже предполагаемые у пьянствующего парня богатство и удалость служат шансом получить руку красивой и богатой девки» (АРЭМ. Ф. 7. Д. 121 [Вологодская губ. Вельский у. 1899]).

По сути, чтобы попытаться понять природу «русского пьянства», необходимо взять во внимание и «взгляд изнутри» на русскую действительность. В этом плане исключительно ценными являются архивные свидетельства о жизни русского крестьянства. Как сами крестьяне относились к пьянству? На практике пьянство ими не осуждалось. Корреспонденты из Вологодской губернии Вельского уезда так высказывались о народном пьянстве: «Пьяный мужик нашей местности осуждается только членами собственной семьи и то тогда, когда мужик пьет на свои деньги и в рабочее время (курсив мой. – П. Т.). Наоборот, хозяйке бывает приятно смотреть на мужика напившегося где-нибудь в гостях в свободное время». Жена считала «большим убытком для семьи», если муж возвращался из гостей непьяным, «потому что день прошел без работы и мужика не удовлетворили водкой». Соседи напившегося мужика «одобряли и завидывали ему». Так, всякий крестьянин, часто пьющий водку, считался «счастливым и зажиточным, потому что пьянство предполагает присуствие в кармане денег». Чтобы показать свой достаток, зажиточные крестьяне всегда держали у себя водку и приглашали соседей. Когда же мужик напивался водки на стороне, то, придя домой, первым делом заявлял деревне, «что он пьян и барин, тогда как другие трезвые и работают» (АРЭМ. Ф. 7. Д. 121 [Вологодская губ. Вельский у. 1899]). Иными словами, пьянство ассоциировалось с достатком и благополучием, и поэтому, когда человек пьянствовал «от радости, достатка и удовольствия» и никому не мешал и не вредил, то к нему относились снисходительно. Строго порицали только в тех случаях, когда человек на выпивку воровал чужое, пропивал имущество и развратничал (Там же. Ф. 7. Д. 474 [Казанская губ. Спасский у. 1899]). В то же время, если в общем отношение к пьянству было «добродушно-снисходительное, то появление в нетрезвом виде на сходке преследовалось строго». Также общим осуждением встречалось пьянство среди женщин: “Пьяная баба – черт” или “Пьяная баба – всякому жена” – говорят крестьяне» (Там же. Ф. 7. Д. 1445 [Рязанская губ. Зарайский у. 1898]).

Вообще, если судить по архивным материалам, то пили в основном по определенным поводам и в определенные дни. Информация о том, что крестьяне напивались в основном в праздник, а в будние даже редко и заходили в кабак, встречается во многих архивных делах из разных губерний. Из Вологодской губернии писали, что «у нас кабак бывает полон только по воскресеньям да праздничным дням. Пьяниц, чтобы все тащились в кабак еще нет ни одного (курсив мой. – П. Т.)» (АРЭМ. Ф. 7. Д. 299 [Вологодская губ. Кадниковский у. 1899]). Употребление водки переходило в пьянство в крестьянском быту редко и большей частью только у лиц, поступающих в мастера, или у тех, кто занимался торговлей и промыслами. Водку пили только при случаях, то есть во время праздников и прочих семейных торжеств (Там же. Ф. 7. Д. 216 [Вологодская губ. Грязовецкий у. 1898]). Корреспондент из Вятской губернии отмечал, что «постоянных пьяниц между крестьянами не замечается, так как крестьяне пьют много и безобразно только в свои деревенские праздники, на свадьбах» (Там же. Ф. 7. Д. 420 [Вятская губ. Малмыжский у. 1899]), а в Сольвычегодском уезде Вологодской губернии «в будничные дни в кабаке крестьяне редко пьют водку, а только посидят и поговорят, а другие поиграют в карты и расходятся по домам» (Там же. Ф. 7. Д. 323 [Вологодская губ. Сольвычегодский у. 1899]). О некоторых местностях даже писали, что «народ трезвый и в кабак ходить не любит» (Там же. Ф. 7. Д. 533 [Калужская губ. Козельский у. 1899]).

Иными словами, архивные материалы конца XIX в. выявляли намного более оптимистическую картину жизни русской деревни, нежели газетные статьи и данные антиалкогольных обществ, представлявшие ужасающую картину распространения пьянства среди населения. Несогласие с газетной информацией выражали и сами помещики. Так, А. Энгельгардт писал в своих воспоминаниях: «Послушать, что говорят разные газетные корреспонденты, так, кажется, и хозяйничать нельзя. Мужик и пьяница, и вор, и мошенник, условий не выполняет. ленив и пр. Ничего этого нет» (Энгельгардт 1999: 32–33, 95).

В этом контексте любопытно привести мнение французского путешественника Виктора Тиссо о русском пьянстве: «Чего только не говорится о русском пьянстве! А на самом деле пристрастие русских к алкоголю не столько порок, сколько естественная потребность, порожденная суровым климатом и тяжелыми бытовыми условиями, в которых живут низшие слои общества. Русский мужик не беспросветный пьяница. Рабочие и мужики пьют много только в праздники, а в остальное время могут и почти не пить» (Tissot 1882: 325).

О традициях и причинах потребления спиртных напитков можно писать много, но эта тема не является основной в настоящей работе. В то же время представить, возможно, несколько иной взгляд на русскую действительность, не делая глобальных выводов, нам показалось целесообразным. По сути, затрагивая тему пьянства, необходимо учитывать, что способы питья спиртных напитков оказываются чрезвычайно устойчивыми и могут сохраняться даже в тех случаях, когда народ в силу изменившихся природно-хозяйственных условий переходит к другому напитку, как это произошло в России с введением в употребление водки. Вопрос о потреблении спиртного исключительно многогранен и вряд ли поддается однозначной интерпретации. Не только существующая традиция определяет отношение к потреблению алкоголя. Развивая представления о содержательной стороне в отношении алкоголепотребления, следует иметь в виду оценочный критерий при рассмотрении алкогольных обычаев. Будучи несомненным элементом культуры эпохи, потребление алкоголя в зависимости от господствовавших в данном обществе взглядов может оцениваться как антикультурный феномен или же как вполне приемлемое социальное явление.

Литература

Байбурин, А., Топорков, А. 1990. У истоков этикета. Л.: Наука.

Бурцев, А. Е. 1895. Деревенские сказки крестьян Вологодской губернии. СПб.: Тип. Ф. Вайсберга.

Витсен, Н. 1996. Путешествие в Московию. 1664–1665. Дневник. СПб.: Symposium.

Достоевский, Ф. М. 1958. Братья Карамазовы. В: Достоевский, Ф. М., Собр. соч.: в 10 т. Т. 9. М.: ГИХЛ.

Иллюстров, И. 1915. Жизнь русского народа по пословицам и поговоркам. СПб.

Кюстин, А. де. 1991. Россия в 1838 году. В: Лимонов, Ю. А. (ред.), Россия первой половины XIX века глазами иностранцев. Л.: Лениздат.

Петрей, П. 1867. История о Великом княжестве Московском. М.

Пословицы, поговорки, загадки в рукописных сборниках XVIII– XX вв. / подг. М. Мельц, В. Митрофанова, Г. Шаповалова. М.; Л., 1961.

Рейтенфельс, Я. 1997. Сказания святейшему герцогу Тосканскому, Козьме Третьему о Московии. 1680 г. История России и дома Романовых в мемуарах современников XVII–XX вв. М.

Сегюр, К.-К. 1989. Записки о пребывании в России в царствование Екатерины Второй. Россия XVIII века глазами иностранцев. Л.

Славянский фольклор. М.: МГУ, 1987.

Снегирев, И. 1995. Русские народные пословицы и притчи. М. (репринт издания: Русские народные пословицы и притчи, изданные И. Снегиревым. М., 1848).

Тубервиль, Дж. 1990. Стихотворные послания-памфлеты из России XVI века. Записки о России. XVI – начало XVII века. М.

Энгельгардт, А. 1999. Из деревни: 12 писем. 1872 – 1887. СПб.

Flandrin J.- L. 1983. Boissons et manieres de boire en Europe du XVIe au XVIIIe siecle. Imaginaire du vin. Marseille.

Olearius, А. 1727. Voyages tres-curieux & tres-renommez faits en Moscovie, Tartarie et Perse. Amsterdam: Librairie Michel Charlesle Cene.

Struys, J. 1681. Les voyages de Jean Struys en Mofcovie, en Tartarie, en Perse, aux Indes et en plusieurs autres pays etrangers. Amsterdam.

Tissot, V. 1882. La Russie et les Russes. Indiscretions du voyage. Paris.

Архивы:

АРЭМ – Архив Российского этнографического музея.

Традиции русского застолья

by Tatiana Klimova

Сегодня в мире Россия считается страной, где много пьют. Традиции русского застолья кажутся иностранцам таинственным ритуалом, пройдя через который, они наконец-то поймут русскую душу, да и, пожалуй, и смысл жизни.
Самим же русским не всегда нравится такое отношение. В этой статье я хотела бы прояснить некоторые стереотипы о русских и алкоголе.

Today Russia is worldwide considered as a very drinking country. Russian drinking traditions are imagined as some kind of mysterious ritual. Foreigners think that going through this ritual will reveal the mysteries not only of Russian soul, but of the meaning of life itself.
When it comes to Russians, they don’t always appreciate this attitude. In this article, I would like to clarify some stereotypes related to Russians and alcohol.

1. Конечно, в деревне люди ещё много пьют, и пьянство ещё остаётся большой проблемой. А вот средний класс уже практически не прикасается к водке. Однажды я работала переводчиком на русско-французской свадьбе. Французская сторона приготовила очень много водки, чтобы порадовать и удивить своих будущих родственников. Но ни один из русских, которые были на празднике, не выпили ни одной рюмки, они предпочли французское вино. Зато французам водка понравилась!

1. Sure thing, people still drink a lot in the countryside, alcoholism remains a great problem. But Russian middle class almost never touches vodka any more. Once I happened to work as an interpreter on a Franco-Russian wedding. The French side bought lots of vodka, because they wanted to please and surprise their future relatives. And yet, none of the Russians present at the party ever touched any shot, they clearly preferred French wine. On the opposite, French guests enjoyed vodka very much!

2. В Европе считается нормальным выпить бокал вина в обед или вечером за ужином. В России европейские традиции всё более и более популярны и даже модны. Тем не менее мало кто пьёт алкоголь каждый день. Вино – это для праздников, для дорогих гостей, не для будней. Многие люди, особенно мужчины, вообще не пьют из принципа. Если человек говорит вам, что он не пьёт, не надо уговаривать его, стоит просто принять его принципы.

2. In Europe it’s considered normal to have a glass of wine at lunch or for dinner. In Russia, European traditions are becoming more and more popular and even fashionable. Nevertheless, there are very few people drinking wine on the daily basis. Wine is for celebrations, for dear guests, not for the everyday life. Many people, especially men, don’t drink at all out of principle. If somebody tells you they don’t drink, don’t try to persuade them, just accept their convictions.

3. Русские не бьют бокалы каждый раз, когда пьют алкоголь. Традиция бить бокалы и посуду сохранилась только на больших праздниках. Но вот если вы случайно разобьёте посуду, вам могут сказать: Это на счастье!

3. Russians don’t break their glasses each time they drink alcohol. This glass and dish-breaking tradition now only remains for big parties. But if you happen to break a dish by accident, you might hear: It brings luck!

4. В России ещё есть традиция тостов. Во время праздника тост может быть длинным, а в обычные дни, например, если приехали гости, он может быть очень коротким: За гостей, за ваш приезд, за то, чтобы всё было хорошо, или просто за нас. Иностранцы часто совершают ошибку и говорят На здоровье . Эта фраза в контексте тоста ничего не значит. На здоровье значит не за что. За здоровье тоже не звучит очень красиво. Лучше сказать За ваше здоровье .

4. Russia still has an important toast tradition. A toast can last a while when sa >Na zdorovie . In a toast context, this phrase doesn’t mean anything. Na zdorovie actually means you are welcome. Za zdorovie doesn’t sound right either. It’s better to say: Za vashe zdorovie .

5. Многие иностранцы (особенно бизнесмены) считают, что единственный способ заставить русских уважать их – это выпить большое количество алкоголя. Что-то такое существовало в 90-е годы, но сегодня имидж успешного бизнесмена кардинально изменился. Успешный бизнесмен должен уметь себя контролировать и не терять лицо. То же самое касается семейного круга. Выпить много алкоголя – это не трудно, надо ещё уметь не опьянеть и не закончить вечер под столом. Не забывайте закусывать, то есть что-то, пока пьёте.

5. Many foreigners (especially businessmen) think that the only way to make Russians respect you is to drink great amounts of alcohol. Well, something like that existed in the 90s, but today the image of a successful businessman has changed completely. A successful businessman must be able to control himself without losing his face. The same thing is true for the family circle. Drinking a lot of alcohol isn’t difficult, you have to know how to remain sober and not to end up under the table. Don’t forget to have some zakuskis, to eat while you are drinking!

If you liked this article, please support me by buying the packs of full transcripts and by joining the Russian Dacha Club! Thank you!

Русские питейные традиции как способ выжить.

Поговорим о питейных традициях.

Раньше это были общеевропейские питейные традиции в среде прежде всего служивого дворянства. Военного сословия того времени.

Однако,эти традиции, вошедшее в обычаи, утилитарное происхождение которых уже не осознаётся, в своё время были обыкновенными мерами предосторожности среди имущественного сословия от отравления. Которое было в средние века весьма распространённым способом решения имущественных проблем и проблем наследования среди дворянства, да и купечества.

И наиболее опасным занятием было как раз винопитие. Ибо в вино вообще легче подсыпать яд, а уж подвыпившему человеку тем более.

Сейчас эти традиции сохранились только в России. (Или не только?) И воспринимаются просвещёнными евроеями как проявление русского варварства, русской дикости и отсутствия у русских толерантности.

Итак:русские питейные традиции включают:

Не пить одному.Только в большой компании.

Одного легче отравить, чем многих. Риску меньше. Если один умер,то может и случайно. А если все участники застолья…

А следователи в средневековой Руси пытать умели…

Пить только с равными себе по статусу. Случайных людей не принимали в компанию.

Понятно почему. Доверять собутыльникам была насущной необходимостью. Ну и для того, чтобы не пустить в компанию наёмного отравителя.Коего легче завербовать среди более низших сословий.

Ответ человеку, который выразил собеседнику недоверие: «Да ты что! Мы же с тобой пили!» Типа: не отравил же, хотя мог!

Всё спиртное сливалось в большую чашу – брАтину (В более поздние времена называлась чаша для пунша) и все пили только из неё. Ныне исчезнувшая традиция – много сортов выпивки появилась. Не все можно мешать.

Понятно для чего: чтобы если есть среди компании отравитель, то он, если будет пить, то тоже отравится. И он это знает.

Все пьют одновременно.

Для того чтобы от быстрого яда все не умерли, а отравитель чуть запоздал и выжил.

Все пьют одновременно, с силой чокаясь металлическими (в то время) кубками.

Дополнительная страховка: при чокании вино переливалось в другие кубки и смешивалось. Если в каком то кубке яд, то всем достанется. Кроме того,чокание сигнал для одновременной выпивки, как выстрел стартового пистолета.

Если один не пьёт, то никто не пьёт.

Понятно для чего: подозрительное поведение.

Все его для начала уговаривают (пресловутое: ты нас уважаешь?).А потом вливают ему в глотку вино силой. Если сплюнул — начинают бить. В старые времена могли убить на дуэли (из-за проявленного неуважения) или просто за столом. Ножом. Вы думаете, почему столовые ножи с тупым кончиком? Потому чтобы труднее было убить. Кончики столовых ножей затупили законодательно в более просвещённые и гуманные времена.

Пока все не кончили пить, никто из-за стола не встаёт. Лучше уж мордой в салат.

Понятно почему. Чтобы пока все в подпитии, не сыпануть порошок в братину и свалить самому.

Если кто то вышел проблеваться или в туалет,то питьё прекращается, все ждут ушедшего.

Понятно для чего. Комментарии не требуются. Если долго не приходит, то надо выяснить, куда он делся.

На утро ничего из открытого спиртного не оставлять. Раз открыли, надо допить.

Пока все пьяные, легко за ночь в оставшееся открытым вино подсыпать яд. С утра похмелился и…

Пей до дна! В кубке ничего не оставлять!

По той же причине.

Меры предосторожности были суровы, радикальны и не предполагали исключений ни для кого.

Сейчас это просто непонятный, но, тем не менее, ещё соблюдаемый обычай.

Особенно среди не европеизированного русского простонародья.

Читайте так же:

  • Традиции русского меценатства Традиции русского меценатства живы. Как помогать людям? Татьяна Алексеева, депутат Госдумы, председатель совета Кузбасской торгово-промышленной палаты, отвечает на вопросы об […]
  • Национальные алкогольные традиции спб Сервисы для соискателей Продвижение резюме Доверьте составление резюме профессионалам! Узнайте какой вы специалист и добейтесь большего Автоматическое поднятие резюме в результатах […]
  • Белоруссия культура и традиции Народы Беларуси: культура и традиции Белорусы являются основным населением своей страны, а также жителями других государств - России, Литвы, Латвии, Эстонии, Украины, Казахстана, Польши, […]
  • Обычай адыгов сообщение Адыгейский народ: культура, традиции и обычаи Адыгейский народ относится адыгским народностям. Изначально адыгейские племена имели множество других названий: зихи, каски, касоги, черкесы, […]
  • Отдел традиции Официальный сайт Московского Патриархата Главные новости Президент России В.В. Путин и Святейший Патриарх Кирилл посетили выставку «Память поколений» в Москве Делегация Архиепископии […]
  • Хорошо продающиеся как называется Высокомаржинальные товары: что это такое, особенности продажи, расчет наценок и прибыли Продавать в интернет-магазине можно все что угодно. Но вот какую вы получите прибыль - зависит от […]

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *